Заклятые друзья

Выждав паузу, Шмыгунов спросил:

– Сколько вы хотите за вашу работу?

Я прикинула в уме количество «рабочего» времени, сделав поправку на вздорный характер старика, назвала сумму. Игорь Сергеевич улыбнулся и легко ответил:

– Я согласен! Поезд отправляется послезавтра в четырнадцать тридцать, – он полез в стол и, достав железнодорожный билет, протянул мне. – Вы, естественно, едете в одном купе. С вами вместе поедут два наших человека. Парни, конечно, не вашей квалификации, но старательные.

Один служил в десантных войсках, к нам пришел из органов внутренних дел. Второй, а… кстати, второго вы уже видели – это тот молодой человек, который провел вас ко мне…

Мне надоело слушать этот импровизированный инструктаж, и я прервала его самым решительным образом:

– Игорь Сергеевич, вы меня извините, но коли вы нанимаете меня охранять ваш живой талисман, то уж давайте я и буду решать, как мне выполнять эту задачу. Далее, – продолжала я, – помощники – дело хорошее, но далеко не всегда и не везде.

Поставьте взвод плохо обученных людей, некомпетентных в нашем деле, и вашего подопечного будет проще простого убить хорошо подготовленному спецу, – я перевела дыхание.

Игорь Сергеевич сидел, открыв рот, и глядел на меня с изумлением. Наверное, в подобном тоне с ним не разговаривали уже давно. Потом весело рассмеялся.

– И еще, – я решила сразу расставить все точки над «i», – я буду требовать от Федора Петровича полного подчинения в тех случаях, когда от этого будет зависеть его безопасность.

Только в этом случае я смогу нормально работать.

– Ну уж этого я никак, даже при всем желании, не могу вам пообещать, – продолжая смеяться, ответил господин Шмыгунов. – Федор Петрович вообще редко считается с чужим мнением, а уж если распоряжения исходят от молодой женщины, то тут уж простите, – он развел руками.

– Тогда и меня простите, – подражая ему, я тоже развела руками, – ищите себе другого бодигарда.

Только хорошего на таких условиях вы вряд ли найдете.

– Давайте не будем ударяться в амбиции, – он уже не смеялся, – мы ведь обсуждаем серьезное дело.

– Именно, Игорь Сергеевич, очень серьезное дело – на карту поставлена человеческая жизнь, которую я должна защитить в любом случае, – отрезала я довольно жестко, – и удобнее это делать, когда тебе помогают, а не мешают.

– Ладно, – мой собеседник поднял руки вверх в извечном жесте капитуляции.