Забытые грехи юности

– Нет, на улице Лебедева-Кумача, – с некоторым удивлением ответил мужчина.

– А кто вам предложил помещение? – задала я вопрос.

– Директор риелторской фирмы Селиверстов Николай Владимирович, – ответил мужчина.

– Риелторская фирма… а как она называется, Владимир Антонович? – спросила я.

– Кажется, «Надежный дом»… да, именно так.

– А где находится офис этой фирмы? – задала я следующий вопрос.

– В центре, на Кузнечной улице, – ответил Владимир Антонович.

– И вы уже видели помещение для вашего музыкального клуба? – продолжала я спрашивать мужчину.

Владимир Антонович утвердительно кивнул:

– Ну да, видел. Оно меня полностью устроило. Не идет ни в какое сравнение с тем, где мы находимся сейчас.

– Понятно. Значит, директор фирмы «Надежный дом» Селиверстов Николай Владимирович сам предложил вам помещение для «Гармонии», так? – Я все продолжала задавать вопросы.

– Ну да, – подтвердил мужчина.

– Значит, вы обращались в эту фирму по вопросу приобретения помещения? – спросила я.

– Именно в эту фирму я не обращался. Сначала я позвонил Загребенникову Константину Александровичу. Он подыскал мне помещение, и я поехал посмотреть. Оно меня устроило, и мы даже заключили предварительное соглашение. Но потом мне позвонил Селиверстов и сделал встречное предложение.

– И вы отказались приобретать помещение у Загребенникова? – спросила я.

– Да, но ведь я вправе отказаться от первоначальной сделки, тем более что она была только предварительной, – объяснил свои действия Владимир Антонович.

– Разумеется. Но меня интересует, как на вас вышел этот самый Селиверстов? – спросила я.

– Да я и не знаю, – пожал плечами мужчина, – просто позвонил и спросил. Спросил, не нужно ли мне помещение. Рассказал, где оно находится. Я поехал, посмотрел. Ну, и тогда сделал выбор в его пользу, а не в пользу Загребенникова, тем более что…

Мужчина неожиданно замолчал.

– Тем более что, Владимир Антонович? – уцепилась я. – Существует еще что-то, что заставило вас отказаться от сделки с Загребенниковым, да?

– Ну, понимаете.

– Так, и что же это за данные? – продолжала допытываться я.

– В общем, про Загребенникова ходят слухи, что он содержал… подпольный публичный дом. И сам был чуть ли не сутенером. Но я подчеркиваю, что это только слухи, официально ничего не было доказано, – торопливо сказал мужчина.