Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник)

Я начала рассказывать обо всем, что узнала, и мысли свои об этом, и сомнения. Только о Ярославцеве ничего не сказала. О Ярославцеве я отдельно с Мельниковым поговорить решила. А Витя, как обычно, достал свои листочки и стал делать пометки.

– Значит, говоришь, впервые они появились в казино двадцать пятого, в день, когда там в последний раз был Кондратов. Думаешь, пришли на него посмотреть?

– Не знаю. В общем-то, место для наблюдения за будущей жертвой идеальное – народ расслабляется, суета, никто ни на кого внимания не обращает.

Но, может быть, и случайность. Слушай, а охрана что говорит? В казино ведь должны профессионалов держать, с наметанным глазом.

– Внешняя охрана дала сносные приметы «Москвича» и очень четкие твои. Я говорил, один из них тебе помогал, он хорошо тебя запомнил. Подтверждает, что в «Москвиче» сидели двое. Не то чтобы он хорошо их разглядел, но фоторобот попробовали составить, вот, смотри, – он подал мне листок.

Нет, эти две физиономии никого мне не напоминали.

– Витя, а их надо Шурику показать, бармену этому, – оживилась я.

 – Пусть посмотрит.

– До этого я тоже додумался, – кивнул Витя. – И если Шурик их опознает, то получим прямую связь между нападением на Мельникова и убийством Кондратова…

– Тогда, следовательно, они стреляли в Андрея потому, что он на них вышел? И выходит, это бармен его подставил?

– Тут-то я ни черта и не понимаю! – Витя ожесточенно потер лицо ладонями. – Во-первых, ни фига еще Андрей на них не вышел, пока все было на уровне намеков.

Во-вторых, зачем Шурику его подставлять, что он, самоубийца? Потом, даже если Андрей и вышел на исполнителей, самое логичное для них было немедленно рвать когти! Зачем им осложнять себе жизнь стрельбой?

– А больше ведь никто не знал, что Мельников там будет. Только ты, да я, да Ярославцев…

– Да еще Шурик, – вынужден был он согласиться со мной.

– Кстати, Самойлов, вы-то с Ярославцевым хоть знали, что с Андреем в казино я пойду? – как бы мимоходом поинтересовалась я.

– Да нет, ты же знаешь Мельникова. Он такие вещи никогда другим не рассказывает.

– А Ярославцев мог откуда-нибудь узнать?

– Откуда он узнал бы, раз Мельников ему не сказал. Разве что от тебя. Так вы же с ним незнакомы были… Послушай, Татьяна, ты это чего?! – вскинулся он вдруг.

– Чего-чего? – приняла я совершенно простодушный вид. Но на Самойлова это не подействовало, слишком мы хорошо знали друг друга.

– А того! Не нравится тебе Ярославцев, и ладно.