Вольному воля

Сколько ждать придется? А мне даже выехать никуда нельзя, с меня ведь подписку взяли, – тараторила Ляля, придя в себя и теперь требуя от меня сочувствия и помощи. – Ну так что, ты берешься? Я заплачу, – поспешно добавила она. – Хорошо заплачу. Ради Миши, – и снова полился бурный поток слез.

«С нее уже взяли подписку о невыезде, – подумала я. – А что, если и с меня тоже возьмут? Тогда уж точно плакали мои аполлоны в плавках. Нет, так дело не пойдет. Помочь, что ли, ментам на добровольных началах? А почему, собственно, на добровольных? Ведь если эта Лялька хочет нанять меня, тогда и вопрос решен.

Заодно и денег подзаработаю. Добавлю к тем, петровским, и хватит не на Черное море, а на Средиземное».

– Короче, Ляля, – прервала я ее рыдания. – Придется взяться за твое дело. Но я очень дорого беру за свои услуги, ты знаешь?

– Я согласна. Ведь для Мишеньки... Узнать, кто его убил...

На том и порешили. А потом я выяснила для себя необходимые сведения об убитом.

Звали его Михаил Павлович Королев.

Работал он директором одной фирмы, каких в Тарасове сотни. Крутился помаленьку: то да се, в общем – купи-продай. Но как бы там ни было, фирма приносила неплохой стабильный доход, на жизнь бизнесмен не жаловался. И семье хватало (он, оказывается, был женат), и Ляльке перепадало.

А в ближайшем будущем Ляльке должен был достаться и сам Королев. Так он ей, во всяком случае, неоднократно заявлял. Ошибочка, мол, по молодости вышла, а теперь только ты – единственная и неповторимая.

Лялечка, поплакав еще немного и посетовав на медленную работу нашей милиции, благополучно отбыла в направлении своей квартиры, а я принялась обдумывать план дальнейших действий.

Так, что мы имеем? Труп в лифте. Труп, когда еще был жив, являлся любовником Ляльки. Кто его убил? За что? Куда и каким путем убийца ушел? Да, вопросов больше, чем ответов.

В общем, версий убийства сразу вырисовывалось несколько. Во-первых, на почве бизнеса. Мало ли что: кому-то не угодил, с кем-то что-то не поделил и т.

д. и т. п. Во-вторых, жена. Если она каким-то образом прознала про существование у мужа любовницы, то убийство могло быть совершено и на почве ревности. Ну и, наконец, сама Ляля. Слезы, слюни и все такое – это, конечно, хорошо, то есть не «хорошо», а понятно. Ведь если она и замочила своего любовничка, то ей и положено плакать. И даже этот широкий жест сделать – нанять частного детектива. Причем небось на денежки самого Королева.