Вольному воля

Действительно, этот тип наведывался к моей соседке, живущей через стенку. К Ляле. Ну да, так и есть. Девица жила одна в двухкомнатной квартире, а этот мужик был ее то ли женихом, то ли любовником, не знаю. В общем, как нынче говорят – бойфрендом.

Ну и дела! Кто же это его?

* * *

Меня привезли в районное отделение милиции. Баба Маша тоже прибыла туда вместе со мной, как второй главный свидетель. Я зашла в кабинет следователя, который оказался довольно молодым мужчиной. Видимо, он только что закончил институт и теперь старался выглядеть серьезным и деловитым.

Хмурил брови и ежеминутно перебирал на своем столе какие-то документы. Очевидно, волновался. Наверное, это было его первым серьезным делом.

– Садитесь.

Я опустилась на стул и приготовилась к обычной в этих случаях рутине.

После заполнения всех надлежащих граф сведениями обо мне следователь, звали его Виктор Сергеевич, принялся задавать вопросы по делу.

– Вы знали убитого?

– Лично – нет, но несколько раз видела его.

Он приезжал к моей соседке по этажу. Они... Ну в общем, встречались.

– Как часто они встречались?

– Понятия не имею. Я не следила за ними. Видела его раза два, не больше.

– В каких отношениях вы находитесь с вашей соседкой?

– Да практически ни в каких. Здороваемся, и только. Знаю, что зовут ее Ляля, а квартира осталась ей от бабушки.

Следователь помолчал. Он явно волновался, и поэтому ему было трудно вести допрос. А я, как раз наоборот, чувствовала себя довольно спокойно, хотя отдавала себе отчет в том, что на меня первую и падет подозрение в убийстве.

– Понимаете... – Виктор Сергеевич заглянул в протокол, – Татьяна Александровна, вы обнаружили труп. Следовательно, вы в числе первых попадаете под подозрение, – и как бы извиняясь и оправдываясь, добавил: – Никто, конечно, не утверждает, что убили именно вы. Но понимаете, мы обязаны проверить все версии.

Внезапно поведение этого желторотика меня развеселило. Он такой неловкий, стеснительный, оправдывается передо мной.

Помимо того что он неопытен в работе, его смущает и то, что я ему нравлюсь. Ну понятно, хочется выглядеть серьезным и значительным в моих глазах. Только ему это не удается, он все время запинается, с трудом подбирает слова. Однозначно – я ему нравлюсь. Меня в общем-то не удивляет такая реакция. Куда больше я удивилась бы, если бы этот юнец остался равнодушен ко мне.

Следователь, помявшись еще немного, решил продолжить допрос.