Вся прелесть стриптиза

Из блока раздались глухие удары. Сначала неуверенные, потом все более настойчивые.

– Эй, что это за шутки! – закричал поношенный пиджак, пытаясь освободиться из заключения.

– Какие уж тут шутки! Серьезней некуда, – саркастически усмехнулась я, усаживаясь на приступочку и закуривая сигарету.

– Немедленно выпустите меня отсюда! Немедленно! – бушевал мой затворник.

Я спокойно курила, греясь в последних лучах осеннего солнышка. Скоро снова снега, снова стужа. Придется носить шубу, а у меня начинают болеть плечи и шейные позвонки.

– Это преступление против личности! Вы за это ответите! – продолжал он сыпать риторическими угрозами.

Я поднялась и отряхнула юбку:

– Знаете что, мне пора. Вы тут посидите немного, подумайте. О себе, о мире… Иногда несколько дней уединения – это очень полезно. Сразу все начинаешь понимать…

– Несколько дней! – раздался яростный крик. – Да как вы смеете! Я вас за решетку упрячу!

– Пока что я вас упрятала.

– Что вы имеете в виду? Объясните-ка, – настороженно спросил мой узник.

– Вы следили за моим знакомым. А ему это не понравилось. Вот, собственно, и все.

– Но частный сыск не запрещен законом! – взвыл поношенный пиджак.

– Совершенно верно, – подтвердила я. – Но это не значит, что граждане обязаны лояльно относиться к назойливым Ц посягательствам на собственную частную жизнь.

Из будки раздалось громкое сопение. Очевидно, мой узник старался обмозговать этот парадокс.

– Тем паче если это вторжение в частную жизнь граждан исполнено на таком низком профессиональном уровне, – добавила я.

И прислушалась.

Из будки доносились всхлипывания и шмыгание носом. Узник явно был расстроен:

– Я так старался… Вроде, все шло хорошо… И теперь… И теперь…

– Чуть погромче, пожалуйста, – попросила я.

– Вы еще здесь? – грустно удивился мужчина.

– Здесь, здесь.

– Эрлих. Семен Эрлих. Вообще-то по профессии я экономист. Но у нас в институте уже третий год не платят зарплату. Жена пилит. Вот я и решил немного подработать.

– И что, вы сразу ринулись в частный сыск? – ужаснулась я.

– Нет, что вы, – смущенно ответил мой узник. – Сначала я решил податься на эстраду. Но там уже все давным-давно схвачено. Не взяли.

– Вы что, поете? – недоуменно спросила я.

– Да, – гордо ответил Эрлих.