Все оттенки лжи

– Не беспокойтесь, пожалуйста, я не причиню ей никакого вреда, – сказала я. – Просто я хочу, чтобы ваша дочь объективно оценила возможную опасность и собственные силы. Она, конечно, очень полагается на саму себя, авторитетов для нее явно не существует. Важно убедить ее в обратном: взрослые тоже на что-то способны. И пока что на нечто большее, чем она.

– Ох, она в последнее время совсем неуправляемой стала, – пожаловалась мне Алиса, качая головой. – Разговаривать с ней совершенно невозможно – «я сама знаю, отстаньте, это моя жизнь, и я буду ее строить, как захочу!»

– Обычные амбиции и максимализм переходного возраста, – развела я руками.

– Вообще-то, она девочка добрая, – заступилась за дочь Алиса.

– Так я и не утверждаю обратного, – пожала я плечами. – Просто хочу, чтобы ваша девочка вела себя разумно.

– Обычно их с Никитой отвозит водитель, – сказала Алиса. – Но Эдик говорил, что теперь, наверное, вы станете их сопровождать. Я вас очень прошу: не обращайте внимания на выходки Алены. Она может дерзить, грубить, но… Это не со зла.

– Не волнуйтесь, – усмехнулась я. – Я не собираюсь становиться с ней на один уровень. Все будет в порядке.

Уж что-что, а обходиться с хамоватыми подростками мне доводилось, и неоднократно.

– Кстати, ваша дочь сегодня вечером будет дома? – спросила я у Алисы.

– Не знаю, – обеспокоенно ответила она. – Вообще-то, Эдуард ее предупреждал, чтобы они с Никитой никуда не отлучались. Только в лицей и обратно. Алена, конечно, встала в позу и раскричалась, но, думаю, отца ей придется послушаться. Все-таки ему она пока что не решается перечить в открытую.

– Вот и отлично, значит, все будут дома, – подвела я итог.

– Да! – спохватилась Алиса. – Располагайтесь, пожалуйста, я не буду вам мешать.

И она быстро выскользнула из комнаты. Первым делом я прошла в душ и с удовольствием вымылась ароматным гелем, поскольку после прогулки по мартовской хляби мне казалось, что я перемазалась в грязи буквально с ног до головы. Свежий запах грейпфрута отлично меня взбодрил.