Всего лишь капелька яда

Им приходилось трудно, поскольку мать постоянно болела, мало работала, и они некоторое время жили впроголодь…

Мне было странно слышать все это. Тогда тем более становилось непонятным поведение Эммы. Ей бы жить да радоваться…

– Вы не знаете, Эмма была замужем до Якова?

– Нет, но жила с каким-то парнем. Кто он и чем занимался – мне неизвестно.

– Послушайте, может, у Эммы был какой-нибудь мужчина и при Якове? Вы ничего об этом не знаете?

– Она иногда разговаривает по телефону с мужчинами, но встречается ли с кем или нет – понятия не имею.

– А что это за мужчины?

Валентина пожала плечами.

– Может, сначала стоит Эмму найти, а уж потом убийцу. Я и не знаю, что думать… В это время она всегда дома. Подруг у нее, конечно, много, но я их всех обзвонила и предупредила, что, если вдруг она где-нибудь появится, чтобы обязательно мне позвонила.

– А вы не могли бы мне составить список ее подруг?

– Пожалуйста, вот он у меня как раз возле телефона… Сейчас перепишу.

Мне казалось, что этот день никогда не кончится.

Список оказался настолько длинным, что я вздремнула в кресле и проснулась от каких-то странных звуков.

Валентина, сидящая за столом, тоже замерла и прислушалась.

– Послушайте, у меня такое ощущение, что кто-то пытается открыть замок… – прошептала она. – А я, как назло, после вас даже не заперла дверь. Она закрыта всего на одну защелку.

– Но ведь у нас здесь горит свет…

– Это окно выходит на строительную площадку, и, чтобы увидеть его, надо обойти дом и перелезть через высокий забор.

Но было уже поздно. Послышался звук открываемой двери, затем еще одной. Я едва успела протянуть руку, чтобы выключить свет на кухне, где мы находились, как послышались шаги, и в квартиру вошли несколько человек.

Валентина полезла под стол, я спряталась за дверь и теперь оттуда могла наблюдать за прихожей.

– Ни к чему не прикасаться, – сказал кто-то из глубины комнаты. – Несите аппарат.

Сразу запахло газом, из чего я поняла, что речь идет о сварочном аппарате.

– В доме есть сейф? – спросила я шепотом Валентину, которая умирала от страха под столом.

– Есть несколько. Но самый большой в спальне. Его, видать. Металлический.