Всего лишь капелька яда

Какой же у нас доверчивый народ!

– Вы одна дома? – спросила я.

– Одна, а что?

– Просто спросила. Это не вы были сегодня в морге?

– Нет. А что, кто-то был?

– Не уверена. Может, показалось.

Квартира походила на музей. Просторная, чистая, украшенная антикварной мебелью, безделушками и вся в цветах. Я не могла себе представить, чтобы в таком благостном месте мог надрываться голос Эммы. Чего ей не хватало в этой жизни? Почему она не оценила то, о чем многие женщины мечтают всю жизнь, да так и умирают с этой мечтой – пожить в относительном достатке и комфорте.

Зачем ей было мучить мужа, да и себя, если он был ей так противен? Или же это все-таки игра? А вдруг, как это бывает в американских триллерах, Яков не погиб, а ему просто инсценировали смерть, чтобы все его недруги оставили его в покое?

«Таня, как это пошло и глупо. Здесь не Америка. Там-то сейчас полный порядок, все питаются хот-догами, гамбургерами и культивируют семейные отношения. Это Россия.

– Меня интересует вопрос: где его жена? Эмма?

– Вы мне только скажите, кто вас нанял, а я уж потом постараюсь ответить на ваши вопросы.

– Я не могу вам ответить. Это входит в условия контракта. Но разве вам не все равно, кто это сделал? Уж, во всяком случае, нанял меня не убийца, согласитесь.

– И то правда. А что касается Эммы, так я бы и сама хотела узнать, где она. Она пропала. Я уж думаю, не случилось ли с ней чего?

– А когда она ушла из дому?

– Ей к десяти часам надо было в парикмахерскую. Я-то позже пришла, начала прибираться, бульон поставила варить для Якова Самуиловича… – И вдруг лицо ее некрасиво исказилось, и она разрыдалась. – Простите, но я никак не могу привыкнуть к мысли, что его уже нет.

– Это вы меня простите, что пришла к вам в столь поздний час, – сказала я, – но мне бы хотелось узнать побольше о Липкине. Когда вы его видели в последний раз?

– Вчера вечером.

– Каким он был? Может, вчера он как-то особенно себя вел, нервничал?..

– Обычный день. Ничего примечательного. Настроение у него было прекрасное. Несмотря на усталость. И даже очередная ссора с Эммой, казалось, не произвела на него впечатления.