В духе времени

 – Говорят, он девок наших цирковых в элитарные конторы толкал, чтобы они перед толстыми папиками выдрючивались, номера откалывали. Да и новый-то, Лапоть, Федя наш ненаглядный Нуньес-Гарсиа… пока по воровской дорожке, как целка, ходит, но ничего – ссучится. Он уже под дрессуру Лени Павлова попал, а под Лениной дрессурой даже бегемоты дохли. Был у нас бегемот Поликарп – здоровущий, как слон хороший, – и что же? На Павлова взглянул, загрустил не по-детски да и помер. В Канаде помер, кстати. А Павлов непонятно с каких доходов купил себе «мерс».

Ему, наверное, родственники Поликарпа из Африки денег на похороны прислали, – грустно пошутил Ваня. – Вот мои родственники уж точно не наскребли бы на «мерс» – то.

– Твои родственники, Ваня, из-за такой мелочи и с пальм-то слезать не стали бы, – сказал Голокопытенко. – А где сейчас Павлов? Не видели его? А то я его второй день пытаюсь разыскать, да что-то никак не удается.

– Павлов-то? – отозвался карлик. – Ну видел я его сегодня. А что ему тут делать? У него других забот полно.

Говорят, у него дочка собралась поступать куда-то, так надо подмазать декана, чтобы поступила. Вот он и катается. Сейчас, наверное, дома. Точно, дома. Я слышал, как он говорил, что домой поедет.

Я взглянула на Голокопытенко. Володя дожевал блин и встал:

– Дома, значит?..

Глава 4

– Поедете со мной? – спросил лейтенант Голокопытенко осторожно.

– Простите?

– Я говорю, не поедете ли вы со мной к этому Павлову?

– Не вижу смысла. Если он дома, то вы и один, Володя, прекрасно с ним переговорите.

А если его дома нет, то количество визитеров, которые не попадут в квартиру, сами понимаете, значения не имеет.

– Ну ладно. Как вам эти двое?

– Забавные. Они тоже участвуют в гастролях?

– А как же!

– Значит, у меня есть теоретический шанс поддерживать с ними отношения аж три недели, – вздохнула я. – Вы на такси, Володя? Транспорт сейчас ходит как-то не особенно.

– Не особенно – это у меня с деньгами. А на такси, мне кажется, денег уходит лопатой.

– Ну ладно. До свидания. Вам в какую сторону?

– Не знаю. Сейчас гляну, у меня адрес Павлова записан в блокноте. Так… Вот, нашел. Железнодорожная, восемь, квартира девятнадцать, – сказал Голокопытенко.

Я обернулась:

– Как?

– Железнодорожная, восемь, – повторил он. – Это где-то в районе железнодорожного вокзала, если судить по названию…

– В районе железнодорожного вокзала, правильно, – быстро отозвалась я.