Уйти, не оставив следов

По окончании наших приключений подопечная обрела семейные ценности на кругленькую сумму, я – моральное удовлетворение от поимки убийц, гонорар и щедрую премию, а Василий, судя по всему, ничего особо полезного. Хотя заслуживал как минимум присвоения очередного звания, ведь официально дело вел он. В общем, что там не заладилось у Муромцева в Питере, не знаю, но теперь он трудится под началом моего приятеля, Генки.

– Что же будем делать? – спросил русый парнишка, с которым я не была близко знакома.

– Учиться, учиться и учиться! Как завещал великий Ленин! – бодро выкрикнул Лешка.

– Не мог, – хихикнула я, – учитывая отнюдь не пролетарское происхождение Владимира Ульянова, подобный лозунг был бы начисто лишен политкорректности.

– Вот только не нужно о политике, – скривился Генка.

– Мы не о политике, больше об истории. А вообще на правах единственной дамы в компании предлагаю покинуть это милое заведение.

– И куда пойдем?

– Отсюда до проспекта Петровского рукой подать. Прогуляемся и выберем кафе, они там практически на расстоянии метра друг от друга.

– Точно! Много заведений хороших и разных.

– Даже с алкоголем попадаются, – съехидничал кто-то из компании.

* * *

На улице я, чтобы утешить, взяла поникшего Василия под руку. С другой стороны, нахально оттеснив Генку, устроился Лешка, с намерением продолжить прерванный разговор.

– Нет, вы только подумайте, если бы не революция, история нашей страны могла пойти совсем по другому руслу!

– Это нам сейчас легко судить, по прошествии десятилетий, видя конечный результат, разбирая чужие ошибки, так сказать. Думаю, тогдашние революционные деятели были уверены в своей правоте.

– Да, – мечтательно закатил глаза Лешка, – жалко, что машину времени еще не изобрели. Вот бы махнуть и все изменить.

– Алексей, это изобретение привело бы к коллапсу.

– Почему, интересно знать? – изумился лейтенант.

– Мало ли, кто что захочет изменить? Ну вот ты, например, судьбу России. А я…

– Евгения отправилась бы в средневековую Европу, сколотила бы там небольшую армию и стала воительницей. Грозной и прекрасной завоевательницей, – язвительно заявил Генка, идущий немного позади всей компании.

– Совершенно не прельщает, – отрезала я, бросив лукавый взгляд через плечо.