Удавка для жрицы любви

– Кто находился рядом с телом, когда вы прибыли?

– Толпа соседей. Отец валялся в пьяном угаре на кухне. Когда мы начали опрашивать соседей, то ничего путного выудить не удалось, никто ничего не видел и не слышал. Осмотрели квартиру, нашли ножницы и моток веревки. Отдали на экспертизу.

– Да, как показала дактилоскопия, отпечатки на ножницах и на веревке принадлежат погибшей, – продолжил уже Харченко, – да еще и на этой железной лестнице, к которой была привязана веревка, на самом верху тоже имелись ее отпечатки.

– А причины вы не выясняли? – уточнила я.

– У нас и без того дел хватает. Собственно, какая разница? В крови наркотиков обнаружено не было, только водка, причем хорошая доза. Скорее всего по пьянке переклинило, – уверенно отвечал Харченко. – Тем более что, по мнению соседей, семья неблагополучная, да и сама девушка была не ангел.

В конце концов меня это уже начало раздражать. Почему все, включая сотрудников милиции, уверены в самоубийстве по косвенным доказательствам? Ведь то, что на ножницах, на веревке и даже на лестнице были ее отпечатки, еще не значит, что она повесилась сама. Кстати, как могли появиться ее отпечатки на лестнице слишком высоко? Тем более странно, что в самом обычном пыльном подъезде оказалась довольно чистая лестница – лично меня это навело на определенные подозрения.

– Что ж, спасибо большое! – поблагодарила я милиционеров, и они удалились.

– Слушай, а как тебе этот Харченко? – закуривая сигарету, поинтересовалась я.

– Что, не понравился? – улыбнулся Киря. – Если честно, я тоже от него не в восторге, слишком наглый, слишком самоуверенный, да еще с претензиями. Но что поделать: в наше время блат делает все. Он через пару лет, глядишь, и мое место займет.

– В его интересах сейчас раскрыть как можно больше дел, ведь так? – выпуская дым, усмехнулась я.

– Ты нашу кашу хорошо знаешь.

– Даже слишком! Большое спасибо тебе, Вовка, за помощь. Но, чем больше я узнаю, тем больше моя уверенность в том, что Ирину Гришину убили. Только вот кто и за что? Это мне предстоит выяснить.

На крыльце управления курил уже известный мне Попов.

– Татьяна, можно с вами поговорить? – обратился он ко мне.

– Да, конечно.