Ты отдашь все!

– Марина уже сказала вам, по какому поводу мы все здесь собрались? – снова помрачнел Гайворонский.

– Да, она уже многое успела мне рассказать, – подтвердила я, – во всяком случае, обрисовала ситуацию. И я предлагаю – поговорим немного позже, а пока все-таки надо отдать последний долг вашему товарищу.

– Проходите. – Всеволод широко повел рукой в сторону гостиной.

Он не сказал никому из присутствующих, с какой целью я посетила поминки, только назвал друзьям мое имя.

Постепенно я рассмотрела всех участников траурного мероприятия.

Рядом с Гайворонским сидела высокая светловолосая женщина в очках, явно достаточно равнодушно относившаяся к происходящему. Уже пятнадцать минут я присутствовала за столом, но за это время Маргарита – именно так звали хозяйку – не произнесла ни одного слова. В основном общее внимание привлекли к себе Гайворонский, Тугов и бывшая жена Маркова – Лариса Лиманская. Это была элегантная женщина чуть старше тридцати, темная шатенка. Стрижка – фирменное каре, одета она была очень модно и для поминок даже вызывающе. Чего стоили одни только ярко-красные кожаные шортики, очень плотно облегавшие ее аппетитную для мужских взглядов попочку! Лариса постоянно пыталась привнести в собрание некий элемент веселья. Она даже шутила. Было совершенно очевидно, что смерть бывшего супруга ее нисколько не огорчает.

– Сева, птичка, подай мне, пожалуйста, хлебчика, – прощебетала она с улыбкой опытной соблазнительницы. – Спасибо, Сева, ты умничка! – Потом она взглянула на часы и изобразила на своем лице гневную гримаску: – Ой, боже мой, ну куда же он подевался!

– Это ты о чем? – спросила ее Антонина Саврасова, сидевшая рядом.

– Дело в том, что Александр, – имя это Лиманская произнесла с французским прононсом, – обещал быть уже полчаса назад. Удивительное нон-пунктуалитэ!

– Не стоит сгущать краски, Саша – серьезный человек, – успокоил ее Гайворонский. – Наверняка он задержался по делам. Скоро будет.

– Был бы только толк от этих дел! – презрительно оттопырила Лариса нижнюю губку.

Самой мрачной за этим поминальным столом выглядела пара среднего возраста. Почти абсолютно лысый мужчина в сопровождении круглолицей женщины с крашеными белыми волосами. Как объяснила мне Марина, это были Юрий Звонарев и его жена Наташа. Звонарев не высказал ни одной более или менее внятной мысли. Его участие в разговоре сводилось к поддакиваниям и к сожалениям о том, что Левки больше нет, и это очень грустно.