Тише воды, ниже травы

Я давал ей читать Библию, книги… Она прочитала, вроде как-то стала более-менее себя держать, а потом снова… – Игорь махнул рукой.

– А что вы знаете относительно ее жениха?

– Жениха? – Игорь быстро взглянул мне прямо в глаза и первый раз за время нашего разговора улыбнулся. – Жениха? – повторил он и вдруг совершенно неожиданно громко рассмеялся. – Жениха! Ха-ха-ха! Вот самая лучшая шутка этого месяца! – восторженно воскликнул он.

Мне оставалось только удивляться подобной реакции. Хотя, если поразмыслить, удивляться нечему.

Мать не от мира сего, Дина, по словам многих, «чудная», вот и братец тоже, при внешней железобетонности, склонен эпатировать общественность.

– У Игоря не укладывается в голове, что у Дины мог быть жених, – спокойно объяснила вспышку веселости мужа Лариса. – Он считал, что она входила в тусовка, где такие слова не в ходу.

– И правильно считал, – возвратив серьезность на свое лицо, нахмурился Игорь. – Женихов не было. Были одни хахали. Вот и все.

– И молодой человек по имени Виктор вам незнаком?

– Я вообще там с ними… не знакомился… Поэтому Виктор, Гектор – мне все равно! – сказал, как отрезал, Черемисин.

– А помимо Виктора, кто-то из приятелей Дины вам знаком?

– Нет.

– Но вы же только что упоминали некое «отребье». Значит, имели в виду кого-то конкретно?

– Не то что бы конкретно, а… всех! – махнул рукой Игорь. – Мы как-то пришли… А там – целое сборище. И все… ненормальные! – отрывисто продолжал он. – Ну, я их всех… разогнал.

А Динке сказал: будешь привечать – домой отправлю!

– Игорь не любит подобное общество, – вступила Лариса. – И знаете, там действительно собрались люди… неформальные. Собственно, оно само по себе бы еще и ничего, но… они вели себя не очень хорошо.

– В каком смысле? А как именно? – уточнила я.

– Ну так, словно они хозяева в квартире, – старательно подбирала слова жена Игоря. – На нас смотрели так, словно мы приперлись в их дом и помешали им. Но главное, что особенно не понравилось мне, – подчеркнула она, – Дина перед ними словно бы заискивала.

Как будто боялась их чем-то рассердить или обидеть. А когда Игорь их выгнал, она расплакалась, кричала, пыталась протестовать…

– Да она просто лебезила перед ними! – вышел из себя Черемисин. – Потому что голова у нее… не соображает. Да, она боялась их обидеть… А сама не понимала, что такие люди не способны обидеться, что назавтра они сами припрутся и ее же… извиняться заставят.