Талисман царя Дария

Если она действительно так же умна, как красива, то без труда поймет, какой пожар разгорается в сердце сенатора.

Марцелл решился перейти к делу.

– О несравненная Летиция, ты не могла бы посетить меня в самое ближайшее время в моем доме, где я мог бы показать тебе, как я живу и какие искусства заполняют мой досуг?

Летиция не ответила.

– Скажу больше, если это не коснется ничьих ушей, я питаю к прекрасной Летиции самые возвышенные чувства и хотел бы надеяться на взаимность.

Произнося эти слова, Марцелл ощущал, как сжимается его желудок и неприятное жжение спускается к низу живота.

Летиция ответила довольно уклончиво:

– Не знаю, удобно ли то, что предлагает мне любезный Марцелл.

Сенатор не стал настаивать, зная, каким хрупким может быть уже обретенное равновесие. Хотя о каком равновесии может идти речь, учитывая вулкан страсти, бушующий в сердце Марцелла? Об ответном чувстве, которое владело Летицией, если таковое вообще имело место, можно было только гадать.

– Несравненная Летиция может тщательно обдумать мои слова и дать ответ такой, какой она пожелает.

Марцелл поклонился и отправился домой.

Эту ночь сенатор провел довольно беспокойно. Страсть разгоралась все жарче, и унять ее было непросто.

Антоний вскоре вернулся к делам, и они продолжали свои прогулки по улицам Рима, иногда в обществе Летиции.

Марцелл был по-прежнему любезен, но не решался напомнить Летиции о своих чувствах еще раз.

Наконец он преодолел стеснительность и заговорил на нужную ему тему, предварительно убедившись, что Антоний не может их слышать.

– Что же прекраснейшая Летиция ответит мне на предложение посетить мой дом и принять мои чувства?

На этот раз ответ его обрадовал.

– Если любезный Марцелл так желает этого, то мой долг доставить ему радость.

Марцелл был готов броситься на землю у ее ног и расцеловать каждую песчинку в отдельности. Он блаженно улыбался, не в силах произнести ни слова.

Наконец он решился спросить:

– Когда же несравненная Летиция сможет почтить мой дом своим посещением?

– Это будет зависеть от того, как скоро мой муж уедет по делам в провинцию.

Иногда государственным мужьям приходилось совершать кратковременные выезды, немного развлекавшие их и вносившие разнообразие в их размеренную жизнь.

Марцелл был терпелив, его терпение питалось надеждами на скорое исполнение самых сокровенных желаний.

Наконец этот день настал.