Смертельное лекарство

Сколько соболья шубка может стоить – десять «лимонов»? Или двадцать? Владелица, наверное, под стать шубе – женщина высшего общества. Увидев такую, сразу оглядываешься и ищешь глазами «мерс» или «БМВ». Вот и я оглядываюсь, но что-то ничего, кроме хилого «Запорожца», не вижу. Видно, ее мужик за углом остановился, заставил женщину ногами ходить. Идет неуверенно, что-то ищет взглядом. Ага, понятно – номер дома высматривает. Нездешняя, значит. Да вот же он, вот! Ага, нашла. Так, теперь подъезд. И что интересно, даму интересует именно мой подъезд.

Пока она чикалась с номерами домов и квартир, я ее нагнала, так что в лифт мы вошли вместе.

– Вам какой? – деловито спросила китайская собака у российского соболя.

– Я точно не знаю… Кажется, шестой, – голос у соболя оказался глуховатый, но красивый – таким голосом хорошо романсы петь.

Я ткнула в кнопку своего этажа и искоса принялась рассматривать владелицу голоса и шубы. Угадала ведь я: красивая дамочка. Но что-то у нее явно не в порядке: то ли в личной жизни, то ли в общественной.

Растерянность какая-то на лице. Таким людям она не идет. Сразу и шуба кажется случайным подарком с чужого плеча, и вообще… Вот и подбородочек как-то нехорошо подрагивает. Уж не плакали ли мы сегодня? Очень похоже. Нет уж, реветь – это…

Не успела я додумать свою думу о роли плача в жизни женщины – приехали. Если в лифте едут две дамы примерно одного возраста, кто кого должен пропустить вперед? Вот вопросик-то – голову сломаешь. Я вышла первой – ведь я знаю, куда мне надо, а она еще полчаса стены разглядывать будет в поисках нужного номера.

Поворачиваю к своей двери и за спиной слышу:

– Простите, вы не из 73-й квартиры?

Так. Могла бы догадаться и раньше. Дама – ко мне. И это вовсе не дама – это клиент! С деньгами! А я тут – с кошелкой дурацкой!

– Да, из 73-й.

– Татьяна Иванова – это вы?

– Я.

– Значит, я к вам.

– Одну минутку – сейчас вот дверь открою…

Хотя открыть мою дверь – дело не такое уж быстрое… Причем не только для недругов всех мастей, но и для меня самой – в меньшей, разумеется, мере.

Особенно с сумкой в руках… Интересно, догадается она предложить мне подержать сумку? Нет. Стоит, терпеливо ждет, пока я вожусь с ключами.

Ну вот, открыли.

– Вы, пожалуйста, раздевайтесь, я сейчас.

Сумка – на кухню, одежда – на вешалку. Каждая кухарка должна уметь управлять государством. Ну а я нынче, наверное, произвожу на гостью впечатление кухарки, решившей заняться частным сыском.