Сыворотка правды

«А может быть, так и надо? – задумалась я. – Имеет же народ право на самоопределение, даже если это самоопределение – трупы, безграмотность, разруха и произвол немногих…»

Как ни странно, в Душанбе меня ждали. Когда я, по настоянию Грома, дала из Ташкента телеграмму, то на это даже и не рассчитывала.

– Юлия Сергеевна? – подошла ко мне беленькая дама, едва я сошла с автобуса. – Здравствуйте, меня зовут Софья Александровна. Где ваши вещи? Это все?

Я хотела было удивиться, как это меня так сразу опознали, но потом поняла, что во всем автобусе я одна приехала не в национальной одежде.

В Таджикистане все прошло как по нотам. Краткий визит в российское консульство, ужин в офицерской столовой, несколько часов тряски в машине, четыре часа сна в общежитии при какой-то части, еще четыре часа в машине и, наконец, пункт назначения.

Когда мы прибыли, мне самой впору было оказывать медицинскую, гуманитарную и прочие виды неотложной помощи: немытое тело чесалось, обожженное солнцем лицо горело, а глаза слипались.

Высокогорный воздух плохо защищал от беспощадного ультрафиолета. Я сразу помчалась в местную гостиницу и, изнемогая от нетерпения, получила ключи, вбежала в свой двадцать третий номер, кинула сумку, стянула пропахшую потом и пылью одежду и нырнула под душ! Моему разочарованию не было предела – вода только называлась холодной, изо всех кранов текла одинаковая, примерно сорокаградусная желтоватая жидкость.

«Сервис, мать вашу!» – ругнулась поначалу я, но потом подумала, что от полуразрушенной, затерявшейся в религиозно-племенных противоречиях страны грех требовать большего.

Я посмотрела на часы: 10.30 – я вполне могла посмотреть сегодня, что там творится в воинской части, и даже успеть на местный базар.

Часть располагалась рядом с военным аэродромом, и, наверное, поэтому солдатики находились в относительно благоприятных условиях.

– Проблем – море, – честно признался командир полка Сергей Довлатович.

 – Делаем что можем… Воду – кипятим, баню отстроили, только с пропаркой белья – трудности.

– Вши? – догадалась я.

Сергей Довлатович молча кивнул и вздохнул:

– Не было. Долго не было. Теперь боремся вот…

Тарасовских ребят я проверила быстро. Жалобы матерей были, в общем-то, необоснованными – если не считать закономерного, в общем-то, желания каждой из них, чтобы сынок служил от боевых действий подальше, а к ней поближе.