Страсти оперной дивы

– Вам предоставили самое удобное, просторное помещение, – расхваливала по дороге Агнесса. – Иосиф Вениаминович сначала хотел распорядиться, чтобы для вас освободили ту, старую гримерку… Помните? Ну, как бы ностальгия и все такое… Но потом посмотрели и решили – нет. Тесно, неуютно. А здесь… Ну, впрочем, сами посмотрите, думаю, вам понравится.

Вскоре мы оказались в «просторном помещении», размерами своими превосходящем разве что кухню в старинной хрущевке, где нас уже поджидала говорливая и хлопотливая женщина средних лет и довольно приятной, располагающей к себе внешности.

– У меня все готово! – бодро объявила она, указывая на столик, заставленный косметикой.

– Ах, Аллочка, займись, наконец, мной. Мне кажется, я после этого поезда просто сама на себя не похожа. Ну что это?.. Что это, посмотри, – озабоченно говорила Изольда, садясь перед зеркалом и дергая туда-сюда пряди волос.

– Сейчас все сделаем, Изольда, не переживай. Будешь выглядеть на миллион баксов.

– Что там Наташа? Разобралась?

– Да, она сейчас должна подойти.

– Ну да, перед кем тут больно… выпендриваться. Еще вот только в кабаках я не выступала.

– Не скажи, Изольдочка. Сейчас это самый доходный вариант. Помнишь, сколько с прошлого корпоратива в клювике унесли?

– Так то – корпоратив. А здесь… Они для меня банкет устраивают, а не я для них. С какого перепугу я выступать-то должна? Сами пускай поют. За харчи за свои.

– Ладно, Изольдочка, не нагнетай. Цвет лица испортишь… Ага, вот и Наташа.

В гримерку вежливо постучали, и вошла молодая девушка, бережно держа в руках что-то длинное и черное, по-видимому, концертное платье.

– Давай-ка ты сначала облачайся, а потом и причесочку соорудим. Время-то подходит уже, как бы не опоздать.

– Успеем… Женя, вы не могли бы оставить нас на минутку… Думаю, здесь мне ничего не угрожает.

Я вышла, оставив стеснительную девушку переодеваться в кругу близких, и, прогуливаясь в коридоре, слышала время от времени доносящиеся обрывки фраз.

– …телохранитель?.

Услышав еще пару реплик в свой адрес, показывающих, что мои действия по нейтрализации обезумевших фанатов произвели должное впечатление, я заметила, что тон разговора несколько изменился, и навострила уши.

– Что, новостей… нет? – понизив голос, многозначительно спросила Изольда.

– Да так… почти ничего, – нарочито беспечно ответила Аллочка. – Мне ведь и не скажут особо-то, сама понимаешь.

– Что Оля?..