Страховка от жизни

* * *

В магазинчике напротив роз действительно не оказалось, и пришлось мчаться на Центральный рынок да еще очередь отстоять.

Несмотря на все подобные преграды на моем пути, я позвонила в Ленкину дверь около одиннадцати. И считаю, что подруга должна быть довольна моей расторопностью, поскольку она меня хорошо знает и давно научилась прощать мои маленькие слабости.

Когда подруга открыла мне дверь, я изумилась: передо мной стояла незнакомая мне личность – платиновая блондинка со стрижкой «каре». Вообще-то понятно, что это была Ленка, но платиновые волосы и соответствующий макияж делали ее совершенно непохожей на себя.

Я даже в первый момент про то, зачем приехала, забыла. Но быстро сориентировалась и поздравила подругу по всем правилам. Даже в щечку ее чмокнула, зная, что Ленку телячьи нежности всегда умиляют.

– Ой, какие розы! Спасибо тебе, Танечка. Сейчас я их в вазу поставлю. А ты проходи скорей. Я, между прочим, пирог испекла. Правда, не могу гарантировать чрезвычайно высокое качество, еще не пробовала.

Но на вид ничего. Даже не очень подгорел.

Ленка никогда не отличалась кулинарными способностями и с удовольствием признавала этот факт: спросу меньше, и отговорка для прилипчивых женихов хорошая. Когда же ей вусмерть надоедали бутерброды, она шла к родителям в гости, где ей были безумно рады. В такие дни Антонина Васильевна, Ленкина мама, часами торчала на кухне, стараясь накормить любимое чадо вкусненьким.

Повесив мокрую куртку на вешалку, я прошла на кухню.

У нас с Ленкой место встречи изменить нельзя. Как ни крути, но все тропы всегда ведут туда – в маленькую, уютненькую кухню. И так всегда бывает, хоть в моей квартире, хоть в ее. Сегодняшний день не стал исключением.

Я удобно устроилась на стул около окна. Крутившаяся под ногами пятицветная кошка Маруська, Ленкина любимица, тут же прыгнула мне на колени.

Ленка достала фужеры, «Монастырку» из холодильника, тарелочки под пирог, накрыла стол. Как ни странно, она молчала. Видимо, не знала, как преподнести свое «во-вторых», о котором упомянула по телефону.

Я тоже молчала, поглаживая шелковистую шерстку Маруськи.

– А ты чего это вдруг свой имидж сменила? Волосы перекрасила.

– Да я не перекрасила, – сдержанно улыбнулась Истомина. – Это я у подруги парик позаимствовала. На время. Чтобы принять решение, стоит ли обесцвечивать волосы. Просто на душе паршиво. Перемен хоть каких-нибудь хочется. Вот и подумала: как Иванова скажет, так и поступлю.