Смерть в прямом эфире

 – И то, что тебе кажется пустяком, может оказаться ключом к разгадке.

– И ты, конечно, нашла этот ключ, – предположила Анна.

– Конечно, нет. Ведь я не знаю, что искать, – созналась я. – Ты не могла бы мне подсказать, кому Андрей мог насолить так, что за тобой практически охотятся?

Анна задумалась, потом встряхнула головой, словно отгоняя дурные мысли, и наконец сказала:

– Андрей многих задел своей передачей. Все зависит от того, какие последствия вызвали его заявления в эфире. Никто не может сказать наверняка, кто и в отношении кого произвел какие действия после выхода очередного «Очевидца».

– То есть ты хочешь сказать, что воздействие передачи нельзя просчитать заранее? – Такое отношение к деятельности мужа меня удивило. Анна не понимала, как телевидение действует на умы. А еще редактор.

– Никогда ничего не знаешь заранее. Реакция аудитории стихийна, – продолжала уверять меня Анна.

– Спасибо, я уже позавтракала, – сказала я, чем вызвала немалое удивление своей подопечной.

– И что ты ела? – спросила она, хитро прищурив глаза.

– Тосты и кофе, – ответила я, не задумываясь.

– Тосты – не еда, пойдем, сделаю тебе хотя бы яичницу.

От яичницы я не отказалась. Встала из-за компьютера и молча пошла на кухню за Анной, слушая ее рассуждения о судьбе журналистских расследований.

После завтрака Анна стала собираться на работу. Она взяла мусс для волос и за пять минут уложила свое «каре» при помощи фена и круглой щетки. Потом наложила легкий макияж и надела свою обычную офисную одежду. Только блузку сменила на свежую, предварительно ее прогладив.

– Все, я готова, – объявила моя подопечная, взяла сумочку и пошла в прихожую надевать плащ.

Я тоже надела куртку и вышла вслед за Анной из квартиры, которую она тщательно заперла.

– Надеюсь, сегодня у меня сюрпризов не будет, – сказала она, и я заметила, что Анна уже отошла от вчерашнего потрясения.

Как только мы появились во дворе, бандиты в вишневой «Ладе» зашевелились. Я сняла с сигнализации «Фольк» и усадила Анну на заднее сиденье. Сначала эти действия вызвали протест, но потом, поддавшись на мои увещевания, моя подопечная успокоилась и села на заднее сиденье.