Смерть наяву

Да-да, теперь я окончательно вспомнила Голицына: ей-ей Сталлоне! Так же печально смотрит в камеру и несет какую-то хренотень. Весьма физически развит, мог бы сорвать какой-нибудь приз на соревнованиях культуристов. И так же, как Сталлоне, актер никакой.

«Но зато какие глаза!» – парировала это утверждение одна моя знакомая. Что ж, с таким аргументом не поспоришь.

Хотя, мне кажется, что печаль в этих глазах и не ночевала – и у Сталлоне, и у Голицына. Просто тип лица такой от рождения.

У меня был один приятель со столь зверской рожей, что его обходили за версту. А ведь добрейший был человек! Так что про глаза – не надо ля-ля.

Позевывая, я досмотрела до конца оба фильма. Который боевик – туда-сюда, который мелодрама – редкостный отврат. Уж и не знаю, зачем на такое деньги выделяют. Впрочем, если выделяют, значит, так нужно – наверняка там свои ходы-выходы, неведомые простым смертным.

Сюжеты обоих фильмов были донельзя схожими.

В первом – «Крутая разборка» – Голицын исполнял роль телохранителя, влюбленного в богатую миллионершу, которая периодически отвечала ему взаимностью то на фоне Останкинской телебашни, то возле другой башни – Эйфелевой. В конце концов, муж героини убивает обоих где-то возле Пизанской башни: влюбленные пытались скрыться в Италии. Башни, видимо, предполагали собой фаллическую символику, а сценарий – как можно больше заграничной натуры, чтобы съемочная группа могла вдоволь покататься по миру.

Во втором фильме – насчет печальных глаз осени – Голицын играл супермена-спецназовца, который влюбляется в бандитку и пытается наставить ее на путь истинный, но в результате оказывается втянутым в грабежи и разбои. В финале оба гибнут под пулями коллег Голицына, не отягощенных нежными чувствами к криминальным дамам. Заграницей тут уже и не пахло, финансирование было не то, и режиссер ограничился крымскими пейзажами – тоже хлеб.

Печальных глаз Голицына в обоих фильмах было с избытком.

Одинаково невыразимо тоскливым взором смотрел Роальд и на своих возлюбленных, и на своих врагов. Женщины, наверное, млели.

Помнится, сразу после первого фильма начал складываться своеобразный культ этого актера, да вот как-то не сложился. Причин тому могло быть великое множество, и я решила как-нибудь при случае навести справки по этому поводу – сейчас уже не оставалось времени.