Сколько стоит моя жизнь

Так что никто не знает его лучше, чем я.

– Вот как? И какой, по-вашему, Грибов? – поинтересовалась я.

– Танечка, а может, перейдем на «ты»?

– Да без проблем, – согласилась я.

– Ты спрашиваешь меня, что за человек мой двоюродный брат? Я тебе отвечу прямо – он большой любитель пустить пыль в глаза. Все думают, что он такой строгий и бескомпромиссный, но на самом деле Павел такой же, как все, – Сергей замолчал, так как к нам подошла официантка.

Поставив на стол чашечку кофе и тарелку с горячим бутербродом, она обратилась к молодому человеку:

– Будете что-нибудь заказывать?

– Конечно, буду, – кивнул тот и поправил рукой прядь волос.

– Как-нибудь в другой раз.

– Ловлю на слове, значит, другой раз будет. Скажите, – Сергей перевел взгляд на девушку в белом кружевном переднике, – что из мясного у вас есть?

– Бефстроганов и котлеты по-домашнему.

– Хорошо, несите бефстроганов.

– Какой гарнир? Рис, гречка, картофельное пюре? – предложила официантка.

– На ваше усмотрение, – махнул рукой Сергей. – Да, и сто грамм коньяку. Танечка, составишь мне компанию?

– Воздержусь.

– Жаль. Вот с Павлом ты согласилась выпить, а со мной – нет.

– Хлеб нужен? – уточнила официантка.

– Ну что за вопрос? Конечно, нужен, два кусочка, – и Сергей сделал жест, давая ей понять, что это весь его заказ. – Эх, Таня, Таня! Может, мне стройматериалы какие-нибудь у тебя купить? Какую-нибудь черепицу.

– Только оптом.

– Ну да, конечно, Павел ведь для своих строек материалы приобретает. А знаешь, я ведь одно время работал с ним в одной фирме. Нет, не в «Бригадире», в другой, в «ГОСТе». Он ведь у нас «владелец заводов, газет, пароходов», – прозвучало с определенной долей зависти. – Лично я не понимаю, зачем так распыляться. Вот, например, я только продажей автомобилей занимаюсь. Когда я решил вложиться в этот бизнес, Павел пытался меня отговорить.

– Теряюсь в догадках.

– Павел сказал, что, если бы у него были свободные деньги, он вложил бы их в похоронный бизнес, который будет востребован в любые времена, – Сергей цинично хохотнул.