Штрихкод греха

Хотя в случае Константина Александровича это было бы лишним.

– Лишним что?

– Ну, нанимать охранника для хромоножки.

– Простите, хромоножка – это кто?

– Да жена Константина Александровича! То есть теперь уже вдова.

– А почему вы считаете, что охранять жену вашего шефа не было необходимости?

– Да кому она нужна? Вы просто ее не видели. Худая, как щепка, хромая к тому же, видимо, болезнь у нее такая. Кто на нее позарится? Смешно даже! – хмыкнула Елизавета.

– Ладно, давайте вернемся к обычному распорядку рабочего дня Константина Александровича, – предложила я.

 – Стало быть, он поднимался сюда, в офис, а его телохранитель оставался в машине и дожидался распоряжений шефа? Так?

– Да, так. Никита в основном находился в машине. Только очень редко, кажется, пару раз всего он поднимался сюда, в приемную, и сидел здесь, пока Константин Александрович не позовет его.

– Что, ваш шеф приглашал его к себе в кабинет? – уточнила я.

– Нет, Константин Александрович, когда быстро заканчивал свои дела, выходил из кабинета, и они вместе куда-то уезжали.

– Елизавета, а что вы можете сказать о Никите?

– Ой, я мало с ним общалась. Ну, потому что он ведь в основном все время в машине находился. А потом… Он такой неразговорчивый был, хмурый, неприветливый. Когда сюда приходил вместе с Константином Александровичем, сидел как истукан в углу на стуле. Двух слов от него нельзя было услышать. Хотя что от него ожидать-то? Он ведь в детдоме воспитывался, сирота круглая.

– Ладно, с телохранителем более-менее понятно.

Теперь расскажите, как ваш шеф принимал посетителей? Я имею в виду, они предварительно договаривались с ним о дате своего визита? Или же к нему можно было попасть в любое время?

– Нет, Константин Александрович не сидел весь день, как простой служащий. Для того чтобы решать простые вопросы, есть заместители. Вот в основном посетители и шли к ним. А если какой-то вопрос замы не могли решить, то тогда людей отправляли к Константину Александровичу. В основном это касалось подписания договоров или чего-то подобного.

В общем, если было что-то серьезное.

– Но тогда получается, что Константин Александрович принимал решения единолично? То есть он не совещался со своим компаньоном, так?

– Да, получается, что так, – согласилась Елизавета.

– И что, у них, как у компаньонов, не было по этому поводу трений, недоразумений?

Елизавета пожала плечами.

Я решила до конца прощупать эту тему – тему взаимоотношений Бартелеймонова и Самодвигина.