Сердце красавицы склонно к измене

Приятный мужской голос осведомился:

– Имею ли я честь разговаривать с Евгенией Максимовной Охотниковой?

– Да, это я. – Мне хотелось, чтобы в голосе не чувствовалось расстройства, причиненного мне тетиными придирками. Поэтому я добавила бодро: – А вот насчет того, имеете ли вы честь, не скажу, так как лично с вами не знакома.

Собеседник замолчал, раздумывая над моим ответом. Я первой нарушила молчание:

– У вас ко мне какое-то дело?

– Да, конечно. Вас мне посоветовал Кравцов, директор «Молочных рек», – медленно заговорил незнакомец и, спохватившись, представился: – Меня зовут Андреем Кондратьевичем.

– Было дело, – уклончиво ответила я, – а у вас, Андрей Кондратьевич, что за проблема?

– Меня хотят убить, – понизив голос, сказал мужчина, – снайпер выстрелил прямо через окно. Я сидел в кабинете, а потом как удар такой… Чувствую – лечу, и темнота. Очнулся только в больнице.

– Да, вижу, дела у вас нешуточные, – поддакнула я, – только предупреждаю сразу: я во всяких криминальных разборках не участвую, по заказу людей не устраняю, долги не выбиваю.

– Нет, что вы, я не из этих, – поспешно перебил меня Андрей, – я работаю в банке начальником департамента инвестиционной политики и кредитования. Дела у нас ведутся строго в рамках существующего законодательства.

– В этом, наверное, и была ваша ошибка, ну, что отказывались, – усмехнулась я.

– А по-другому сейчас нельзя, – заверил он, – между банками существует жесткая конкуренция. Сунешься в мутную воду, и тут же куда следует сольют компромат, потом жди отзыва лицензий, проверок. Да вот буквально недавно была тотальная проверка банковских структур. Многие ее не пережили.

– Хорошо, мне все ясно, – сказала я и напомнила свои расценки: – Я беру за работу две тысячи в сутки – выплата не реже раза в неделю. Плюс к этому затраты: на различную спецаппаратуру; наем дополнительных людей, скажем, для слежки или иных поручений. А также на оплату услуг осведомителей и возмещение ущерба в результате пожаров, взрывов, затоплений, автомобильных аварий и техногенных катастроф.

– Чего-чего? – переспросил пораженный банкир.