Самая честная мошенница

Мы попрощались до завтра. Я обещала заехать к восьми.

Глава 4

Многорукого бога Шиву окутывала легкая дымка от тлевших благовоний в чашах, по одной в каждой руке.

– Просто потрясающе! – прошептала я, стараясь, чтобы мой голос звучал соответствующе, посмотрела на тетю и закашлялась, выдавив из себя: – Только дыма многовато.

– Женя, так и должно быть, – заверила меня тетя Мила, подбросив в одну из чаш щепотку какой-то травы. – Видела бы ты, что у них в храмах творится.

– Представляю.

 – Я встала, потерев глаза, которые начали слезиться от дыма. – Пойду я, у меня дела.

– Погоди. – Тетя схватила меня за руку. – Дела подождут. У меня есть для тебя сюрприз. Ты ужинала?

– Нет, но я поужинаю в каком-нибудь кафе. Мне с одним человеком надо встретиться, – попробовала я улизнуть от ее сюрприза. После тетиного отдыха в Индии я побаивалась того, что она мне преподнесет. Эту чертову статую я едва дотащила от машины до квартиры. А от благовоний в комнатах не продохнешь.

Что дальше?

– Пойдем на кухню. – Тетя Мила потащила меня за руку. Я что-то бубнила, вяло сопротивляясь, но тетю было не остановить. Рассказывая мне о том, как в древние времена люди спасались от чумы курением ладана, она завела меня на кухню и показала украшенного овощами и зеленью целого жареного поросенка. Вот это да!

– Что, индийский рецепт? – спросила я, с удивлением глядя на блюдо, которое выглядело как настоящее произведение искусства.

– Не напоминай мне об индийской кухне! – воскликнула тетя, бледнея.

 – Я думала, что умру. Торговец сказал, что никто не уезжает из Индии, не попробовав эту штуку. Однако я думаю, что переводчик ошибся. Торговец сказал, что, кто попробует, тот больше не уезжает никуда.

– Ой, тетя, у индусов просто слишком острая кухня, твой желудок не перенес этого, – высказалась я, подсаживаясь к столу. – Я вообще-то свинины не ем.

– Это молочный поросенок, – нахмурившись, сказала тетя Мила, хватаясь за тарелку и нож.

 – Он еще теплый.

– Мне немного, – попросила я. Тетиного «немного» хватило бы и на троих.

Орудуя ножом и вилкой, я обдумывала стратегию дальнейших действий. На завтра я запланировала посещение «Защиты детского счастья», потом университета, а сегодня позвоню Валерию Игнатьевичу, узнаю про академика. Если что, можно даже к нему заехать потолковать. Может, академик знает, кто его подставил. Шанс, что он действительно вымогал деньги, ничтожен.