Роман с чужим мужчиной

На домах отсутствовали какие бы то ни было таблички. Не то что названия улиц – номера домов угадывались с трудом. И при всем при этом – полное отсутствие местного населения! Ни праздношатающихся подростков, ни мирно сплетничающих на завалинке старушек! Ни одной живой души. Поселок словно вымер.

Отчаявшись отыскать Татьянин дом, я вырулила на центральную площадь Трещихи. И первым, кого я там встретила, был лейтенант Горбаев! Не могу сказать, что факт сей вывал у меня бурю эмоций. А вот у Горбаева эмоции плескались через край! Он стоял, облокотившись на капот старенького милицейского «уазика», и ехидно ухмылялся.

Подрулив к «уазику», я приветственно махнула рукой. Горбаев ответил на мой жест театрально низким поклоном. Заглушив двигатель, я вылезла из машины и обратилась к Горбаеву с вопросом:

– В Трещихе всегда так многолюдно?

– По-разному бывает, – охотно ответил он. – Иной раз на площади яблоку негде упасть от скопления народа. Но это только в базарные дни.

– А сегодня день не базарный, насколько я понимаю?

– Совершенно верно.

– Тогда, может быть, вы мне поможете? – с надеждой в голосе произнесла я.

– Я бы с радостью, – ответствовал местный страж порядка. – Да только как же я вам смогу помочь, если цель вашего визита – тайна следствия?

Вот тебе, Татьяна, щелчок по носу! Да, видно, в первую нашу встречу я все же палку перегнула. Люди в провинции живут впечатлительные, глазом не успеешь моргнуть, а они уже обиду затаили.

– Я тут пока поселок ваш объезжала, вспомнила: правила дорожного движения-то я действительно нарушила. А ведь еще спорила с вами! Нехорошо как-то получилось. Но я готова понести наказание в виде штрафа. Какова сумма, полагающаяся за мое нарушение? – Вынув из сумочки кошелек, я ждала ответа.

Горбаев смотрел на меня внимательно, решая сложную задачу: что могла обозначать такая внезапная перемена в поведении? Я вытащила банкноту с изображением Ярослава Мудрого и протянула Горбаеву.

– Искренне раскаиваюсь. Обещаю исправиться.

Положив банкноту на капот, я прикрыла ее лежащей рядом фуражкой лейтенанта.

– Надеюсь, инцидент исчерпан полностью? – уточнила я.

– А разве был какой-то инцидент? – ухмылка Горбаева стала до неприличия широкой.

Придвинув фуражку к себе, он надел ее на голову, а купюру сунул в необъятных размеров карман.