Выучиться на Бога

– А тигоны? – спросил Айнар.

– Посыльный не желал откровенничать, но я пошептался с Дитоми: союзники войдут на земли Ямауты со своей стороны. Соединимся вблизи границы.

– Союзники, сожри их печень… – фыркнул Оминас, но Айнар прервал:

– Тогда что? Сегодня?

– К чему тянуть? – пожал плечами Гои. – Раньше сделаем – и на душе спокойнее, и с хлопотами успеем закончить.

– Может, все-таки не сегодня, кимиты? – предложил урмат. – Высоки стены дворца Сидзиро, а город, по-моему, что-то почуял. На улицах народу не в пример вчерашнему, шумит, глазеет.

– Не стихнет. Скорее пуще любопытствующие зеваки столпятся, точно ничего не провернем. И помни, дружище: мы не воевать направляемся. Чтоб без драк, без грохота, без мертвецов… сверх неизбежного.

– Как Боги распорядятся, – ухмыльнулся Оминас.

Сборы вышли недолгими: меч с ножнами в руку, дорожный плащ – на плечи. Даже слуг не взяли, неугомонному Ориеме наказали охать и причитать в темной комнате.

Когда спустились во внутренний двор трактира, начали сгущаться сумерки. С небес сыпалось мелкое водяное крошево, то и дело взметаемое порывами холодного ветра – от недавней сумасшедшей жары не осталось и следа.

– М-да, – поежившись, Оминас плотнее запахнул плащ. – Лето кончается – самое время затевать поход. Тем более на север.

Товарищи не спорили, однако и поддерживать разговор не спешили. Молча пересекли пропахший влажной пылью двор, вывели из конюшни лошадей.

– Побыстрее бы разобраться с этой гадостью, и домой, – вздохнул Оминас.

– Под крышу, в тепло, – подхватил Гои, – к кувшину доброго вина… Славно. Вот только немного обогатимся, кимиты, и сразу назад. А про погоду… Очень, скажу, замечательная погода – меньше шансов наткнуться на толпы зевак у дома Баграна.

– Лишнего врага себе наживаем…

– Чепуха, одолеем. С детства, почитай, сражаемся с целым миром, а уж несчастного карлика подавно одолеем… Кстати, Айнар, отныне можешь спать без тревог – во дворце болтали, дескать, посольство Гайафы не сегодня—завтра отбудет.

Устраивавшийся в седле Айнар лишь хмуро кивнул. О Ксуаме за неделю мало что было слышно. Как и полагается, наведывалась пара его воинов, замкнутых и надменных, приносила тот самый чудесный чешуйчатый доспех. Как велел князь, отторо от добычи отказался.