Правда о спящей красавице

Вдруг Колокольцева права, утверждая, что девушка – придорожная путана? О подобной «профессии» ей бы лучше забыть и не вспоминать никогда! Так что амнезия для нее – это скорее благо в данном случае.

Поразмышляв над сложившейся ситуацией, я решила сгонять в Поповку и поискать там свидетелей произошедшего с красавицей. Если до супругов Кузнецовых не докатились какие-либо слухи о девушке, для которой они вызвали «Скорую», это еще не означало, что никто, кроме Юрия Валерьевича и его жены, действительно ничего не видел и не слышал.

* * *

Примерно через час я была уже около Поповки. Въезд в этот дачный поселок был закрыт шлагбаумом, поэтому мне пришлось остановиться и вступить в переговоры с охранником, мужчиной лет пятидесяти.

– К кому направляемся? – осведомился он, выглянув в окно будки. – Я что-то вас никогда прежде здесь не видел.

– Правильно, – ответила я, выйдя из «Ситроена», – не видели, потому что я здесь впервые. А приехала я к вам.

– Неужели? – удивился секьюрити. – И что же вам от меня нужно?

– Скажите, не вы ли дежурили в ночь с десятого на одиннадцатое августа?

– Минуточку.

– Дачники Кузнецовы нашли на автобусной остановке девушку без сознания, и я интересуюсь, не здесь ли, – я мотнула головой в сторону поселка, – довели ее до такого состояния?

– А вы сами-то кто будете? – осведомился охранник, поправив ворот куртки, на кармане которой была нашивка «ЧОП «Легион».

– Частный детектив.

– Я почему-то так и подумал, – усмехнулся мужчина в камуфляже. – Оперативно работаете, ничего не скажешь!

– Оперативно или нет, об этом будет судить мой клиент. – Я заглянула в окошко и увидела монитор компьютера, на который одновременно транслировались записи с четырех камер видеонаблюдения. – Скажите, как долго у вас хранятся записи?

– Как положено, в течение месяца, – охранник повернул монитор так, чтобы я не могла видеть изображение.

Я достала из сумки тысячную купюру и, помахав ею перед лицом сотрудника частного охранного предприятия «Легион», спросила:

– Покажете мне записи за ту ночь?

– Это будет нарушением инструкции, – ответил он, широко улыбаясь.

Вынув еще одну банкноту того же номинала, я уточнила:

– А как насчет того, чтобы нарушить инструкцию?

– Это очень рискованно. С работы уволить могут, – продолжал набивать себе цену охранник.

– Я об этом как-то не подумала.