Правда о спящей красавице

– Ну, не знаю, путана она или не путана, – Колокольцева вдруг пошла на попятную, – но первое впечатление было именно такое, причем не только лично у меня, но и у всей нашей бригады. И медбрат, и водитель, взглянув на пациентку, предположили, что она – проститутка. Знаете, с представительницами этой «профессии» постоянно какие-то неприятности случаются – то их клиенты избивают до полусмерти, то они сами себе передоз устраивают… А нам приходится приводить их в чувство, в то время как порядочным гражданам требуется наша неотложная помощь!

– У девушки были с собой какие-то вещи – сумка, мобильник, документы, деньги? – уточнила я.

– Нет-нет, ничего этого не было. Но что интересно – на шее у нее висела золотая цепочка с крестиком, а на одном ухе блестела сережка с камушком. Вторую она, наверное, где-то обронила. Во всяком случае, воры сняли бы все, – предположила врач «Скорой помощи».

– Елена Петровна, какой диагноз вы ей поставили? – спросила я.

– Зрачки ее глаз по-разному реагировали на свет, что вкупе со ссадинами на височной доле головы свидетельствовало о травме головного мозга.

– Усталости? – переспросила я.

– Да, так и есть, она ведь прошла большое расстояние пешком.

– Откуда это стало известно?

– По ее грязным и израненным ногам нетрудно было догадаться, что девушка преодолела длинный путь босиком, причем по бездорожью.

– Не буду вас отвлекать от домашних забот. Спасибо за то, что уделили мне время. – Поблагодарив доктора, я отключилась и набрала телефон дачника, вызвавшего «Скорую помощь».

– Алло, – произнес мужской голос.

– Юрий Валерьевич? – спросила я.

– Он самый, а вы кто будете? Что-то номер незнакомый…

– Татьяна Иванова, частный детектив, – отрекомендовалась я.

– О как! – впечатлился Кузнецов. – Чем обязан вашему звонку?

– Юрий Валерьевич, это вы нашли на остановке девушку без сознания?

– Было такое, – подтвердил дачник. – Мы с женой сошли с автобуса и увидели, что на скамье под козырьком лежит без движения девушка в рваном платье. Сначала нам даже показалось, что она мертва, и мы подошли поближе, чтобы посмотреть, жива ли она.