Продавец интимных тайн

– Не надо так грустно, – я положила руку на локоть моего клиента. – Конечно, сын любит вас. Любой ребенок любит своих родителей, если, разумеется, те не законченные сволочи. Но и тогда не факт. Просто вам трудно с ним, как любому взрослому с молодым человеком его возраста. Юноши обычно уверены, что знают уже о жизни все, и учить себя не позволяют.

– У вас есть дети? – удивленно спросил Соколов.

– Нет. При моей профессии это непозволительно. Вот когда будет невтерпеж, то заброшу своих клиентов, и… поминайте меня как звали.

– Я на самом деле о вас наслышан. Ваше имя известно в определенных кругах, – снова улыбнулся Cоколов и тут же пояснил: – Думаю, вас многие долго не забудут.

– Спасибо. Расскажите мне еще что-нибудь о сыне, – попросила я и пихнула локтем Яна, чтобы он подвинулся.

– Ну, что еще? – задумался Андрей Павлович. – Олег натура тонкая и ранимая, как это ни странно. Он грубит, иногда просто непозволительно, но я чувствую, что ему самому от этого нет никакого удовольствия.

Учился всегда хорошо. Отличником не был, но и не отставал.

– Но как же вы решились оставить сына одного? Я имею в виду – почему живете врозь? И ему, и вам тяжело. Кто, например, готовит ему? – удивилась я.

– О, вы не знаете, как Олег умеет классно готовить! – воскликнул Андрей Павлович, и в его голосе явно зазвучала гордость. Это мне приходится кафешной и ресторанной едой питаться, а Олежка мой не пропадет. Лучше всякой женщины и щи сварить может, и кашу.

«Хоть в этом мне повезло, – подумала я.

 – Не придется на чужой кухне вкалывать. И меня тоже покормят… если, конечно, мой молодой клиент захочет это сделать. А то вдруг оставит меня голодать…»

– Он очень компьютером увлекается. Да вы, Женечка, сами все увидите, подъезжаем уже, – показал рукой на дом Андрей Павлович. – Олег вообще-то не ждет нас сегодня. Я ему сказал, что только встретиться с вами должен. Нам с ним и в голову не пришло, что вы можете сразу заняться нашим делом.

– Знаете, – сказала я, – для тех, кому требуются мои услуги, промедление иногда бывает смерти подобно.

Я всегда придерживалась такого правила – лучше начинать действовать незамедлительно. Когда ко мне приходят за помощью, опасность уже существует, и от этого никуда не деться. Такая специфика. Я не тот телохранитель, который годами ходит около человека как реклама. Я специалист экстренной помощи, – мои последние слова явно были адресованы Яну, потому что мне вдруг страшно захотелось уколоть его.