Преступные мелочи жизни

– Раздоров не бывает? – улыбнулась я.

– Ну как не бывать? – развел руками Аркадий Николаевич. – Каждая ведь дама со своим характером… Возможно, наименее своенравна из них Лариса, моя супруга.

– А ваша дочь что же, своенравна и взбалмошна? – слегка нахмурилась я, так как мне не очень-то улыбалось на протяжении нескольких дней или даже недель терпеть капризы великовозрастной избалованной девицы.

– Нет-нет! – сейчас же возразил Ясенев. – Она на редкость здравомыслящая и уравновешенная девушка.

– А у вашей жены, значит, мягкий характер? – продолжала я пока что выпытывать внешние нюансы.

– Скорее да, – подтвердил Ясенев. – У матушки же на фоне возраста и долгого одиночества в голове успели завестись свои тараканы, но если не обращать на них внимания, она вполне безобидная старушка. Ну, с причудами, но все-таки в силу возраста ей простительно.

И Ясенев чуть вопросительно посмотрел на меня, явно желая получить ответ, можем ли мы заключить договор.

– А какого рода неприятности случились с вашей дочерью, Аркадий Николаевич? – допив кофе, спросила я.

Ясенев чуть сдвинул брови:

– Да на первый взгляд просто нелепость. Несусветная чушь, ерунда! Даже говоря вам об этом, я чувствую себя глупо.

– И все-таки расскажите, пожалуйста, – попросила я.

Ясенев побарабанил пальцами по столу и чуть виновато развел руками, словно давая понять, насколько ему самому странно об этом говорить.

– Началось с того, что в машине Вики проткнули колеса. Можно было бы списать на случайность, но, во-первых, испорченных колес два, что само по себе исключает вероятность случая.

– Да, пожалуй, – кивнув, согласилась я. – А во-вторых?

– А во-вторых, вообще уже детский сад! – с недоумением в голосе поделился Ясенев. – Машину заляпали краской!

– Написали что-то? – уточнила я. – Что-то оскорбительное?

– Нет, – махнул рукой Ясенев.

– Из банки? Не из баллончика?

– Из банки. Ну, или из какой-то другой емкости – из ведра, может быть, этого уж я не знаю! – раздраженно пояснил Аркадий Николаевич. – Заляпан оказался весь перед, пришлось отдавать в мастерскую и перекрашивать. Да еще и цвет такой выбрали, ядовито-зеленый! А машина белая…

– А модель?

– «Фольксваген Гольф», – ответил Ясенев. – Год назад купил.