Преступные мелочи жизни

Но, к сожалению, далеко не все это понимают и уж тем более придерживаются этого мнения. Вика тоже посерьезнела и сказала:

– Нет, я не думаю так. Никто не мог затаить на меня зла.

В дверь тихонько постучали, а затем на пороге появилась Лариса.

– Я вам не помешала, девочки? – спросила она от двери и, получив отрицательный ответ, продолжила, извиняясь: – Я хотела предложить проехать ко мне в магазин. Мне надо там кое с чем разобраться, а ты бы мне помогла, Вика. Я решила заказать новую партию товара, и мне нужен твой совет как представителя молодого поколения.

И Женя, конечно, поедет с нами, если ей интересно.

– И даже если неинтересно, – кивнула я. – Аркадий Николаевич пожелал, чтобы я сопровождала Вику везде. Без моего присмотра она может оставаться только дома.

– Я постараюсь, чтобы это не заняло много времени и не наскучило вам, – пообещала Лариса, направляясь к двери. – В общем, собирайтесь, девочки!

– Вряд ли это надолго, – посмотрев на меня, не очень уверенно сказала Вика.

– Да ладно, все равно делать нечего, почему бы и не прокатиться, – пожала я плечами.

 – А что за магазин у твоей мамы?

– Бутик женской одежды, а также сумки, белье и прочие принадлежности женского туалета.

– А почему Алевтина Робертовна столь негативно отозвалась о ее бизнесе? – удивленно спросила я. – Чем он ее не устраивает?

– Ой, бабушку не устраивал бы любой бизнес, которым занимается мама! – поморщилась Вика. – Но тут ситуация усугубляется тем, что в мамином магазине торгуют еще и шубами.

Из натурального меха. Сами представьте, какая это для бабушки больная мозоль!

Я неопределенно поиграла бровями, так как не являюсь ярой защитницей животных и мне было сложно понять оскорбленные чувства Алевтины Робертовны.

– К тому же она частенько напоминает, что в юности мама была подающей большие надежды спортсменкой, но, после того как вышла замуж за папу, оставила занятия спортом. Бабушка в своих упреках доходит до того, будто мама упустила олимпийские медали по собственной глупости и слабоволию.

Хотя я уверена, что это не так. И вообще, у нее вскоре родилась я, и ей было не до покорения олимпийских вершин. Разве было бы лучше бросить ребенка в погоне за рекордами?

Я не ответила на этот риторический вопрос, лишь неопределенно пожала плечами.

– Ладно, я пойду одеваться, – поднялась Вика с кресла и пошла к себе.

Я тоже сунулась в свой гардероб и, облачившись в джинсы и фиолетовый джемпер в обтяжку, сочла себя вполне готовой.