Преступление в двух сериях

Мельком взглянув на себя в зеркало, я пригладила волосы, нацепила на лицо холодновато-вежливую улыбку и прошла вслед за гостем.

Он опустился на диван, заняв сразу же ровно половину данного предмета меблировки. Мне показалось, что даже ножки у дивана жалобно скрипнули, не только пружины.

– По какому поводу вы решили ко мне обратиться? – в тон Кармишину поинтересовалась я, утомленная длинной паузой.

– Меня подозревают в преступлении. – Широко усмехнувшись, Александр Николаевич сверкнул золотой коронкой.

Вокруг его водянисто-серых глаз залегли тонкие морщинки. Но в зрачках затаилась тревога, из чего напрашивался вывод – мужик играет на публику. Мне эта черта импонировала – зачем загружать других своими переживаниями, если можно четко и всегда ясно ввести в суть проблемы?

– Вот как? – Я милостиво кивнула, предложив продолжать. – В каком преступлении вас подозревают и чего вы хотите от меня?

– Милиция уверена, что я украл документацию, и доказать обратное мне не удается. – Ответ у Кармишина получился довольно туманным, прямо как погода за окном.

А за ним сейчас царила осенне-тоскливая морось, наполненная прозрачно-дымными клочьями тумана, похожими на бездну вопросительных знаков. – И я надеюсь на вашу помощь.

– А подробнее можно? – усмехнулась я. – Я пока ничего не понимаю…

Александр Николаевич кивнул, сосредоточиваясь, и скрестил руки над животом, продемонстрировав всю прелесть бюргерско-пивной жизни.

– Я заместитель директора фирмы «Луч». Мы занимаемся оптическим оборудованием.

На прошлой неделе наше предприятие заключило выгодный контракт с одной фирмой – реализатором крупной партии. И по данному поводу в воскресенье Глеб Денисович… – Заметив мой непонимающий взгляд, поскольку названное имя-отчество мне ни о чем не говорило, Кармишин пояснил: – Это директор фирмы, Шолонский, – и продолжил: – Так вот он устроил у себя в квартире вечеринку для приближенных, как говорится, к трону. Последствие этой вечеринки было обнаружено только сегодня утром – из сейфа Глеба пропала техническая документация, чрезвычайно важная для дальнейшего развития фирмы. Мы вызвали милицию, и те не нашли ничего лучше, чем заподозрить меня.

Завершив речь, Александр Николаевич выразительно развел руками.

А у меня уже назрело несколько вопросов, которыми я и стала бомбардировать Кармишина:

– Сейф находился в доме директора, там же, где проходила ваша вечеринка?

– Да, – остро блеснули глаза мужчины. – В кабинете.