Праздник теней

Наверное, Марик тоже станет священником.

– А кто такой Андрей? – спросила я.

В голове сразу отчего-то сложился образ Мельникова. Сегодня все на свете Андреи были на него похожи. Когда я вижу его длинную фигуру, это, наверное, производит на меня такое глубокое впечатление, отделаться от которого просто так я не в состоянии.

– Мой племянник, – пояснила Софья, – он кончил недавно духовную семинарию. Из-за него у Веры были крупные неприятности… Она же у нас единственная иудейка. А сын пошел по стопам прадеда.

Из-за Андрея Веру не пустили в Израиль.

– Софья Владиславовна, а не могли украсть Марика, чтобы заставить вас отречься? Или Андрея?

– Господи, – мысль об этом настолько ужаснула бедную Софью, что она прикрыла глаза рукой, – только не это…

Я посмотрела на часы. Ого! Мы разговаривали уже второй час. Что ж. Пора заканчивать нашу беседу.

– Значит, – спросила я, – последнее время вам никто не угрожал именно в связи с отцом Андреем?

– Нет, – покачала она головой.

Значит, не угрожали.

Послушаешь Софью – и тайна покрывается еще большим мраком. Окружали ее только замечательные люди. Однако кто-то из этих замечательных людей сейчас точно знает, где находится ее сынишка… Вот и по поводу ухода в православные священники ее племянника тоже все были счастливы и довольны. Хотя для иудеев Андрей был вероотступником. Так что я не должна откидывать эту версию.

Могли ударить по Андрею с помощью племянника, которого он любил. Стоп. Я так уверена в том, что он его любил? И это все вокруг знали? Но почему-то в его любви к Марику я не сомневалась.

Пора уходить. Мне ведь еще нужно встретиться с этим Фредом. Странным другом странного мальчика Марика. Я поднялась. И все же… Мой взгляд остановился на закрытой двери.

– Это комната Марика, – заметила мой интерес Софья Владиславовна, – вы хотите туда зайти?

– Если можно, – кивнула я.

– Только… – Она замолчала, не решаясь закончить фразу. Наконец подняла глаза и сказала умоляюще: – Без меня, хорошо? Я… боюсь, я не выдержу.

Я поняла ее. Пока дверь в эту комнату закрыта, можно верить, что за ней – Марик. Ничего не изменилось в жизни. Сейчас он выйдет и сообщит: «Я безумно проголодался». Или спросит, что сегодня по телику. Но войти и убедиться, что там никого нет, – невыносимо. Это подтвердит, что происходящее с тобой вовсе не сон. Принять реальность такой, какая она есть, – не всегда полезно для человека. Он не в состоянии переносить постоянное ощущение потери.