Посланница небес

Своим прерывистым дыханием он неприятно холодил мне шею. Вот привязался!

– Ой, она дерется! – обиженно воскликнул Иван, отпрыгнув.

– Евгения, – укоризненно покачал головой отец Василий.

Я открыла рот, чтобы высказать все, что думаю о придурке, но в этот момент Иван дал мне пинка и, хохоча, бросился бежать. Я со звериным рыком рванулась за ним, однако отец Василий с проворством бывшего спецназовца схватил меня за руку и остановил:

– Евгения, он же не ведает, что творит. Сущее дитя. Оставьте свою ярость.

Я остановилась, расслабила напряженные мышцы и кротко улыбнулась:

– Хорошо, батюшка, мне стыдно за мой порыв, – а сама подумала, что, если потом при случае проучу придурка, меня за это в ад не сошлют.

– Что вы собираетесь делать? – спросил отец Василий. – Я относительно моего дела. Хотелось бы знать ваши шаги наперед, потому как у меня опасения, что может свершиться насилие.

– Никакого насилия, – заверила я горячо. – Соберу сведения, выясню, кто на вас наехал, а вы уж потом решайте, что делать.

– Я не езжу, у меня нет машины, – ответил священник. – По разным надобностям я навещаю прихожан и передвигаюсь исключительно своим ходом.

– С вашими пешими прогулками придется заканчивать, – произнесла я твердо, – сейчас это опасно.

– Но я не могу отказать в помощи людям! – воскликнул отец Василий. – Некоторые из прихожан больны и не в состоянии посещать церковь. Я их навещаю. Кому-то надо исповедаться. Некоторые при начале строительства просят освятить место или дом после определенных негативных событий, или с кем-то просто надо побеседовать, вразумить, поставить на путь истинный.

– Неужели нельзя подождать несколько дней с этим? – спросила я. – Решим проблемы и тогда…

– Нет, – перебил меня священник.

– Ладно, тогда будем ездить на моей машине, – вздохнула я. – Скажете, когда надо будет куда поехать, а сейчас покажите, где находилась та похищенная икона.

Отец Василий провел меня обратно к храму. Мы зашли внутрь, приблизились к алтарю.

– Здесь, – указал он и пояснил: – Копия-то она копия, но выполнена была хорошо. Богоматерь и младенец Иисус смотрят, как живые.