Попытка не пытка

Видишь, как дорого обходится твоя самодеятельность? Да помогите же мне кто-нибудь? Как это вы так сумели завязать, что невозможно распутать!.. Эх, Костик…

– Специальным узлом, – сказала я, освобождая заложника, которому его самодеятельность обошлась действительно дорого, учитывая также намятые бока и разбитую губу.

Хорошо еще, что я не применила сгоряча прием карате, который способен на некоторое время вовсе отключить человека от действительности. А то бы совсем уж перестарались!

Но какова моя сестрица! Ловко она сумела продать свои сомнительные синяки за пятьсот рублей! Не зря стоит теперь в сторонке такая тихая и сияющая – наверное, прикидывает в уме, на что лучше потратить свалившийся на нее подарок судьбы.

– Все равно… Все подкуплены, с милицией дело иметь бесполезно, – сердито проговорил импульсивный сынок. – Ни от кого правды не добьешься. Все сволочи.

– Но так тоже нельзя! – возразила ему мамаша. – Глупость какая-то! Если ты не доверяешь официальным органам, нужно все равно действовать грамотно.

Сейчас даже в Тарасове существуют частные детективные агентства, где работают профессионалы, я узнавала! Мне, кстати, Павел Андреевич дал телефон частного детектива Татьяны Ивановой, которая в свое время помогла ему, казалось бы, совсем в безвыходной ситуации. Нужно не махать зря кулаками, а как можно скорее ей позвонить и попросить заняться нашим делом.

– Твоя однофамилица, что ли? – спросила Ксюша, которая совершенно уже успокоилась, ощущая в кармане своего халата приятное похрустывание купюр.

Теперь она занималась тем, что пыталась собрать мои рассыпавшиеся по всей комнате бусины. Увы, в пылу борьбы мое «женственное» украшение порвалось.

– Да как сказать? – ответила я неопределенно, с интересом разглядывая своих потенциальных клиентов. – Вообще-то, частный детектив Таня Иванова – это я.

– Ничего себе! – сказала Ксюша, по привычке взмахнув рукой, так что все собранные в кулак бусины дождем разлетелись в разные стороны. – С ума сойти! Правда, что ли?

– Правда, – потупилась я с видом скромницы, который, как говорила тетушка Роза, мне был особенно к лицу.

– А я-то думаю: где это ты, сестренка, так ловко научилась драться? – рассматривала меня теперь Ксюша во все глаза, как будто видела впервые в жизни.

Не поднимая глаз, я чувствовала, что и остальные сейчас занимаются тем же. Я дала возможность всем, и особенно Костику, вволю на меня полюбоваться, жалея лишь о том, что сняла при входе туфельки на высоком тонком каблуке.