Помощница палача

За эти мгновения в моей голове промелькнула мысль, что проживание в комнате, отдельной от общего барака, сильно усложнит мое общение с Алиной. Да и присматривать за девушкой постоянно я не смогу никак.

– У меня нет денег, – торопливо заверила я, – совсем!

– С одной стороны, содержать ее отдельно от остального контингента очень заманчиво, – тем временем говорил начальник колонии заму.

– А с другой – общения между ними все равно не избежать, – убеждал зам, – так какой в этом смысл?

– Ладно, если не медчасть, тогда что?

– У нас ведь есть небольшой цех по производству сувенирной продукции? Вот пусть там матрешек расписывает, или что они там еще делают.

– Для этого художественный талант да некоторые умения требуются.

– Значит, пусть учится расписывать или лаком покрывает. Для этого особого умения не нужно.

– Значит, так тому и быть.

Так силовым решением и единым росчерком пера я стала ученицей художницы. И отправилась искать свой отряд, а также художественную мастерскую и женщину, которая была старшей по бараку.

* * *

В рамках подготовки к операции полковник Петров показывал мне снимки недавно отремонтированной колонии. Для привязки к местности, а также для того, чтобы я быстрее начала ориентироваться в расположении строений и могла легко отличить административное здание от бараков, производственных или технических помещений.

На снимках были клумбы и цветники, засаженные цветущими розами. Нарядные здания из белого кирпича. Чистый и светлый производственный цех, при входе в который висела яркая стенгазета с рисунками и лозунгами, словно из советских времен.

Такими, например: «Любим потрудиться – есть чем погордиться!» или «За брак расплата – твоя зарплата!» Венчал сие великолепие крупный портрет мужчины, подозрительно похожего на начальника колонии или его зама, написанный акварельными красками. Мужчина приподнимал очки на изумленном лице и строго вопрошал: «А как ты сегодня поработал?»

В комнате, оборудованной под ученический класс, имелись не только парты, но и компьютеры на каждом столе.

В библиотеке было много книг.

Но самое большое впечатление на меня произвели жилые помещения и душевые. Дверей в кабинках душа и туалета, конечно же, не было, зато висели яркие шторки. На стенах красовался современный розовый кафель, а сами кабинки были оборудованы новой сантехникой. В жилых же помещениях стояли двухъярусные кровати, на которых лежали яркие покрывала и подушки в парадных наволочках с рюшами.