Пока сияют звезды

В любом случае я буду с нетерпением ждать результатов вашего расследования, Татьяна.

– Еще один вопрос. Вы получали какие-то предупреждения или угрозы от кого-либо?

– Нет, ничего подобного не было. Вообще все произошло очень неожиданно. Казалось, над нами совершенно безоблачное небо, у Сергея постепенно начала складываться по-настоящему взрослая жизнь, все шло хорошо, и вот… я даже не знаю, что и думать… А уж о матери и говорить нечего… Моя жена Вика… видите ли, конечно, мы не рассказываем ей все подробности, но все равно… она просто места себе не находит.

– Что ж, в общем и целом ситуация мне ясна. Но если у меня появятся дополнительные вопросы или потребуются уточнения, надеюсь, я смогу обратиться к вам?

– Да, да, разумеется. Я же уже сказал вам – звоните в любое время дня и ночи.

– Ну, надеюсь, что беспокоить вас по ночам мне не придется. Итак, значит, завтра после шести. Куда мне подъехать?

– Коттедж находится на улице Достоевского. Достоевского, 38. Это, если ехать к мосту через Волгу, – поворот налево прямо около моста…

– Да, спасибо, я поняла, где это.

Только вот я не поняла, почему он сказал, что коттедж стоит на окраине. Место, которое он назвал, это практически набережная, – самый престижный район нашего города. Или Дмитрий Евгеньевич отличается повышенной скромностью?

– Значит, завтра я приеду, как договаривались, – еще раз на прощание сказала я и вылезла из этой сумеречной машины.

Сразу послышался шум моторов, и не успела я еще дойти до своей «девятки», как ни джипа, ни «Мерседеса» уже не было.

Я села в машину, закурила и задумалась о своем новом деле. Главный вопрос, который меня сейчас интересовал: действительно ли за всеми этими случаями, о которых поведал мне новый клиент, кроются серьезные покушения или это просто «невинные» розыгрыши таких же небедных и, по-видимому, веселых молодых людей, как и сам Сергей Сарычев?

Он говорил о конкурентах… Но что-то как-то это не укладывается в схему.

Неужели из-за того, что к Сарычеву перешли несколько водителей, пускай даже и классных, кто-то настолько обозлился на него, что решился на убийство сына? И потом – почему сына? Он-то тут при чем? Если, предположим, Воробьев рассердился на Сарычева, то логично было бы предположить, что и расправиться он захочет с самим Сарычевым, а не с кем-либо еще. Да, здесь явная натяжка.

А второй? Как его там… Шевелев? Да, Шевелев, владелец таксопарка.