Похищение по расписанию

Человеческая природа сложна и проста одновременно: скажите любому, что его шеф – скотина, и он непременно станет искать этому подтверждение, даже если его нет. А нам только это и надо, не так ли? Тот, кому комфортно, не станет этого делать. Ваша задача – выйти на того, кто только делает вид, что рад на меня работать. Скорее всего, это и будет «засланец» от тех, кто может быть причастен к похищению дочери.

Он замолчал, а я сидела и переваривала все, что он только что предложил. И мне нужно было очень хорошо все обдумать.

– Начнете завтра, – решил он, не дав мне сказать ни слова. – Прямо с утра и приступите. На работе я с восьми утра. Секретарша приходит одновременно со мной. Она-то и познакомит вас с коллективом. Подъезжайте к половине девятого.

Стало понятно, что он все решил, и я просто обязана подчиниться. Обжалованию его решение, кажется, не подлежит. Жаль, не дал опомниться, но это уже мелочи – у меня вся ночь впереди.

Игорь Дмитриевич тем временем остановился в центре кабинета и принялся снова терзать айфон.

«Никаких новостей», – поняла я, помня, что он ждет от кого-то помощи.

– Никаких новостей, – словно прочитав мои мысли, сказал Сапсанов. – Люди, к которым я обратился за помощью, видно, не имеют возможности сейчас мне ее оказать. Жаль. Очень жаль, – повысил он голос. – Мне жаль, твою мать!

Пролетевший через весь кабинет графин, который он сорвал с журнального столика и метнул через весь кабинет, погиб на месте, чуть не пробив стену над креслом за письменным столом.

Я перевела взгляд с места трагедии на Сапсанова, лицо которого уже и лицом-то было нельзя назвать.

– Игорь Дмитриевич…

Дверь кабинета распахнулась так резко, что ударилась о стену. На пороге стоял Константин Щеглов. В три секунды он осмотрел меня с ног до головы и медленно зашел в помещение.

– Шеф? – едва слышно позвал он.

– Все в порядке, Костя, – спокойно ответил Сапсанов. – Можешь забрать поднос, мы закончили. А потом позови уборщицу.

– Конечно.

Костя быстро собрал на поднос чашки и ушел. Сапсанов посмотрел ему вслед, а потом протянул мне руку:

– Вы свободны, Женя. До завтра.

Я схватилась за протянутую руку и поднялась из кресла. Подобрала с пола сумку. Подошла к двери.