Плата за рейтинг

Выше была крыша, но для того, чтобы воспользоваться ею в известных целях, понадобилась бы кошачья ловкость. Нет, не кошачья. Ловкость мухи, беспрепятственно ползающей по потолку. Не зря Леда говорила, что хорошо знает тарасовские гостиницы. О своей безопасности она позаботилась сама, просто выбрав номер с видом на двор.

Я нагнулась над подоконником и посмотрела вниз. Там, вдалеке, в тесном колодце двора стояли мусорные баки, набитые отходами. Из двери первого этажа вышла тетка в белой поварской куртке и таком же чепце, неся в руке ведро с мусором.

Дверь была расположена в том же доме, что гостиница, из чего я сделала вывод, что за ней находится кухня ресторана.

– Нравится? – с иронической усмешкой спросила Леда, тронув меня за плечо.

– Потрясающе, – в тон ей откликнулась я, – кто тебя научил выбирать самое безопасное место в гостинице?

– Никто, – хитро прищурившись, ответила певица. И, немного помолчав, добавила: – Я подумала, что мне будет нужен именно такой номер. Чтобы я не думала, что кто-то может залезть ко мне через окно.

– Ты кого-то боишься? – Вопрос был излишним, и я об этом знала. Конечно, боится! Что и говорить. Во-первых, не сказала организаторам гастролей в Тарасове, каким поездом приедет. Во-вторых, с большой предосторожностью выбрала номер, в-третьих, непонятки с телохранителем… Что-то тут не так. Я посмотрела прямо в глаза певице. Она улыбнулась мне и ушла в глубину комнаты.

– Пойдем поужинаем, – сказала она, снимая махровый халат. Она вынула из шкафа первое, что попалось под руку, – шелковое платье-миди с огромным вырезом на спине.

В вырез было вставлено изящное кружево, так что наряд не казался нескромным. Наоборот, стальной цвет стройнил певицу, а кипенно-белое кружево добавляло нотку свежести.

Леда собрала свои золотистые волосы в пышный хвост и закрепила его заколкой немного набок. Потом подправила макияж, сделав упор на золотистые глаза, и чуть тронула губы помадой.

– Наверное, это зря, – сказала она самой себе, глядя в зеркало на стене номера, – все равно съем.

Правда, Женя? – Она повернулась ко мне и прокрутилась, давая возможность рассмотреть ее всю.

– Ты насчет помады? – переспросила я, мысленно перебирая в уме поводы порасспросить вновь испеченную «звездочку», с чем связан ее тайный приезд и отказ телохранителя ехать в Тарасов.

– Да.

– Все в порядке, – произнесла я ничего не значащую фразу, – ты бы лучше заказала ужин в номер, – посоветовала я. В конце концов, шифроваться так шифроваться.