Пикантная тайна банкира

 – К тому же их главный начальник мне совсем не внушает доверия. Кирсанов, что ли, его фамилия? Степан, как?

– Кирьянов, – сказал мужчина.

– Вот, он самый. Кирьянов, – с пренебрежением в голосе повторила женщина.

– Ладно, Елизавета Максимовна, расскажите поподробнее, что же произошло, – попросила я. – Где именно был убит ваш племянник? И когда это случилось?

– Мой племянник Иннокентий был убит в своей квартире. Это произошло позавчера. Его застрелили. – Тут Елизавета Максимовна закрыла лицо рукой и замолчала.

Степан тут же подскочил, вынул из борсетки одноразовый платок и протянул его Безрассчетновой.

– Спасибо, – отозвалась женщина и, овладев собой, продолжила: – Понимаете, Татьяна Александровна, детей у меня нет, Иннокентий мне как сын… был. Он был единственным сыном моей старшей сестры. Ее уже тоже нет в живых. Но Кеше было всего пятьдесят восемь лет! Он даже не дожил до юбилея, до шестидесяти! Разве это возраст? – задала она вопрос, и тут же сама на него ответила: – Конечно же, нет.

– Кого вы имеете в виду, Елизавета Максимовна? – Я вопросительно посмотрела на нее.

– Его жену, его бывшую жену Светлану, – поправилась Безрассчетнова. – Это она убила Кешу!

– А что заставляет вас так думать, Елизавета Максимовна? – спросила я, а сама подумала: «Зачем же она обратилась ко мне, если знает, кто убил ее племянника?»

– Ну, конечно, я не могу вот так прямо сказать, что Светлана – убийца Кеши, – Безрассчетнова заметно сбавила обороты.

Женщина вдруг замолчала.

– Продолжайте, пожалуйста, – попросила я, – вы сказали, что вашего племянника Иннокентия убила его жена Светлана.

Так?

– Бывшая жена, – поправила меня женщина. – Ну, не сама лично, я думаю. Она могла «заказать» его. – Похоже, к Безрассчетновой стала возвращаться ее безапелляционность. – А в полиции меня и слушать не стали, представляете?

Представляю, конечно, как ей ответили по этому поводу.

– Какими же фактами вы, Елизавета Максимовна, располагаете? – спросила я. – Я говорю о причастности жены вашего племянника к его убийству.

– Ну… Светлана – очень противная баба!

Мне стоило большого труда сдержать улыбку. Конечно, это такой аргумент.