Отпущение грехов

– Будьте так любезны, еще столько же мартини, пожалуйста.

* * *

– Добрый вечер, – произнес мужчина в короткой куртке, бесшумно присаживаясь рядом с испуганно таращившимся на него Докукиным. – Николай Николаевич?

– Д-да, – выдавил тот.

– Я от вашего научного руководителя, Сергея Сергеевича Клинского. К большому сожалению, в связи с известными вам событиями Сергей Сергеевич не сумел встретиться с вами лично, поэтому он попросил меня договориться с вами о встрече, чтобы решить один небольшой вопрос.

Человек говорил очень вежливо, приятным, хорошо поставленным глубоким голосом бархатного тембра, делал артистические паузы, подчеркивая ключевые слова в своей речи. Все это, вместо того, чтобы успокоить Докукина, еще больше напугало его. Он вцепился в принесенный ему минутой ранее кофе эспрессо и едва сдерживал предательскую мелкую дрожь, пронизывающую все тело.

Неизвестный смотрел на него с доброжелательным любопытством – примерно так, как орнитолог смотрит на редчайший экземпляр бабочки.

– Так это вы… заходили… ко мне ночью? – наконец выдавил Докукин.

– Дело в том, что это был единственный способ связаться с вами. Телефона у вас нет, на работе вас не выловить, машину вы водите столь виртуозно, что наш шофер трижды едва не угодил в аварию. – В его голосе прозвучала неуловимая издевка, как если бы он дополнил свои слова: «аварию, спровоцированную вами, Николай Николаевич».

Впрочем, хватило и одного «виртуозного вождения».

– Я приношу вам свои извинения за то, что мы вошли в ваш дом и оставили там записку. Нам нужно было гарантировать то, что наша записка дойдет до вас.

На лице Докукина высветилось так тщательно сдерживаемое им скомканное смятение.

– Но… как же вы вошли? – спросил он. – Ведь я запер все двери.

На невозмутимом лице неизвестного появилась легкая улыбка.

– По-моему, кто-то из нас стал жертвой нелепого заблуждения, – произнес он.

– Да? – пролепетал Докукин. – Значит… эти говорящие сло… слоны были не вы?

– Простите?

– Да нет, ничего, – отмахнулся Коля. – Я заговариваюсь.