Оранжевая комната

Прежде я была верна мужу, но Саша… Словом, жизнь моя изменилась, я начала совершать странные поступки…

– Какие, например? – жестко прервала я этот поток воспоминаний, чтобы хоть немного отрезвить ее. Не к подружке же она пришла, на самом деле.

– Недавно купила ему машину, мотоцикл японский, видеокамеру… Но он стал почему-то холоден ко мне… Я понимаю, ему всего-то двадцать, а вокруг так много красивых девочек… Но ведь он сам говорил, что любит меня. Если бы не это, разве ж я позволила…

– Так что же случилось? – мое терпение подходило к концу.

– Как что, разве вы еще ничего не поняли?

– Представьте себе, нет.

– Он бросил меня. Он настоял на том, чтобы мы встретились не на той квартире, которую я для него снимала, а у меня дома… Он в этот раз был очень груб со мной, все произошло быстро. А когда Саша ушел, я поняла, что он похитил из кабинета мужа папку с документами. Это очень важные документы, они имеют отношение к крупным поставкам немецкого оборудования для химического комбината.

– А вы уверены, что именно Саша взял папку?

– Конечно, я сама заходила незадолго до встречи с Сашей к мужу в кабинет – папка лежала на столе, а после его ухода она исчезла.

– А где находился в это время ваш муж?

– На работе, в своем офисе.

– И что вы хотите от меня?

– Мне сказали, что только вы сможете мне помочь вернуть документы.

Мой мозг, уже окончательно проснувшийся к этому времени, начал с ходу выстраивать логические конструкции, которые рушились, как только я встречалась глазами с Анной. Чего-то явно не хватало в ее рассказе. Какого-то очень важного звена. Да и сама она держалась несколько неестественно, нервозно. От этой женщины исходил холод, она казалась сделанной из синтетического, но добротного и качественного материала.

Из ее рассказа следовало, что ее обобрал молодой любовник, обобрал цинично и хладнокровно. Саша Берестов был студентом художественного училища. Зачем ему могли понадобиться документы на поставку химического оборудования? Да и какой прок от них вообще кому-нибудь? Если бы он похитил деньги или драгоценности, то все выглядело бы вполне классически, даже хрестоматийно.