Опасное шоу

Ведь если бы я сразу проверила, где находится улица Скорникова, то сразу бы начала поиски двадцатипятилетнего Руслана, а не его пьющего тезки!

Чтобы избежать подобных ошибок, я еще раз прочитала информацию об Илюшове из базы данных.

К сожалению, узнала я о нем немного – родился Руслан в Заводском районе города Тарасова, прописан по адресу улица Скорникова, дом двадцать два. Воспитывала его мать-одиночка Ирина Илюшова, которая умерла три года назад. Руслан окончил школу номер семьдесят два Заводского района города Тарасова, но дальнейшее обучение не продолжил.

Увы, в базе данных не было сведений касательно неофициальных мест работы граждан. Судим Руслан никогда не был, к уголовной и административной ответственности не привлекался. Женат не был, детей не имеет, никаких родственников у мужчины тоже нет.

Выходило, что Илюшов в этом мире совсем один, хотя, вполне возможно, у него, как и у его тридцатилетнего тезки, тоже имеется гражданская жена.

Я доехала до улицы Скорниковой, быстро нашла нужное здание и подъезд.

Думаю, не стоит говорить, что Илюшов проживал в непрезентабельном доме, трехэтажном, но хотя бы не находившимся в аварийном состоянии. К счастью, в позапрошлом веке дома строили на совесть, хотя вид у здания был обшарпанный и печальный.

Я позвонила в квартиру номер тридцать два и стала ждать ответа. Однако никто не спешил мне открывать – судя по всему, в доме никого не было.

Я вытащила мобильный телефон и в очередной раз позвонила Илюшову. Но телефон был по-прежнему выключен, абонент находился вне зоны действия сети.

Я стояла возле подъезда в гамлетовских раздумьях. Кроме адреса мужчины, у меня не было никаких зацепок. Если бы я знала хотя бы, где Руслан работает, то могла бы проверить место службы Илюшова.

Вполне возможно, ему позвонили с работы, вот и пришлось мужчине отменить нашу встречу, а сообщить мне об этом он, видимо, забыл. Но так как я понятия не имею, кем и где Илюшов работает, придется воспользоваться одной-единственной зацепкой – адресом проживания моего клиента.

Раздалось пиликанье, и дверь подъезда, возле которого я стояла, открылась. На улицу вышла женщина с ребенком, девочкой лет восьми, судя по всему, дочкой незнакомки.