Опасная связь

Так что на этот счет никаких зацепок.

– А депутатство Устиновой могло быть как-то связано с ее гибелью? – продолжала я вслепую нащупывать возможные ниточки.

– Боюсь, что Раиса Михайловна подходила к этой должности сугубо формально. Просто это было удобно ей как хозяйственнику.

– Может быть, конкуренты?

– Н-не думаю, – почесал затылок Веретенников. – У нас хорошие партнеры. Да и с оборотом не возникало никаких проблем. Никогда.

«На редкость продвинутая контора, – удивилась я про себя. – Все у них так замечательно, только вот директору череп проломили».

– Тогда, может быть, месть? Или ограбление?

– Последнее исключается, – заверил меня Веретенников. – Из квартиры ничего не пропало. А уж Раиса Михайловна знала толк в хорошей жизни, поверьте мне.

– Нельзя ли увидеть место преступления своими глазами? – предложила я.

– Нет проблем, – тут же отозвался Роман Геннадьевич. – Мы с милицией в хороших отношениях, и никаких препятствий не возникнет.

– У органов есть какие-нибудь версии?

Роман Геннадьевич крепко сжал побледневшие губы, как бы раздумывая.

– Они разрабатывают свою версию, так сказать, родственную. Дело в том, что у Раисы Михайловны был муж. То есть есть. Тьфу, совсем запутался. Извините, я немного волнуюсь…

Я смущенно улыбнулась.

Еще бы!

Беседовать с самым известным частным детективом.

Пусть даже областного масштаба.

Впрочем, я, наверное, потянула бы и на весь регион.

Да и по стране меня знают, и даже за границей.

Неудивительно, что мой собеседник волнуется.

– Я немного волнуюсь, – словно прочитав мои мысли, продолжал Веретенников. – У нас, видите ли, срочный заказ на экспорт, и теперь мы вынуждены принимать решения самостоятельно. Дело не терпит отлагательств, а генеральный директор фирмы до сих пор никак не может разобраться с бумагами. Этот заказ курировала лично Раиса Михайловна.

Я проглотила столь нелестную для меня причину волнения господина Веретенникова, – так тебе и надо, Татьяна, скромность украшает человека, – и поинтересовалась:

– Вы сказали – генеральный директор? Я поняла так, что Устинова…

– Нет-нет, – покачал головой Веретенников.

Роман Геннадьевич вскочил со стула навстречу открывающейся двери.

На пороге возник тучный юноша с редкими курчавыми волосами.

Он явно страдал сильной одышкой и выглядел очень озабоченным.

– Рома! – прохрипел он. – Я позвонил словакам.