Он все видит!

Вот уже в который раз я принялась кормить его, как беспомощного младенца. Сначала он покорно вкушал борщ, но потом отстранил мою руку.

– Довольно, я сыт.

– Ну как же тебе не стыдно! Ведешь себя, как маленький ребенок, у которого отобрали любимую игрушку. В твоем случае, колоду карт.

– Так оно и есть, у меня ее отобрали, – обреченно выдавил из себя Ариша.

– Ты говоришь так, будто настал конец света. Да, с «Крестового короля» сняли вывеску, а на дверь повесили табличку «Ремонт», но наверняка твои приятели проникают туда с черного хода и, как прежде, расписывают «пульку» за карточным столом.

Я думала, что мое предложение взбодрит Аришу, но не тут-то было. Он взглянул на меня с упреком и вопросил:

– Что? Прятаться по подсобкам? Нет, моя дорогая Полетт, это уже не для меня.

– Можно подумать, это для тебя ново.

– Да, по молодости такое бывало, – дедуля с моей подачи углубился в воспоминания. – Конспиративные квартиры, ментовские облавы… Помню, однажды прыгнул я вниз с третьего этажа, подвернул ногу, еле доковылял до дома…

– Правда?

– Сомневаешься?

– Нет, просто ты никогда мне не рассказывал об этом каскадерском прыжке.

– Эх, Полетт, я еще и не на такие подвиги оказывался способен! Но мне, честно говоря, приятнее вспоминать совсем другое, например, церемонию открытия в нашем городе первого казино. Там собрался весь горовский бомонд. Я был на равных с чиновниками, банкирами и прочими бизнесменами… Нет, тебе меня не понять.

– Ну почему же? Я понимаю, как много карты значат в твоей жизни. Но нельзя же хоронить себя заживо вместе с игорным бизнесом.

– Я и не хороню себя.

– А как тогда называется твое поведение? Лежишь в постели который день, света белого не видишь. Даже шторы не позволяешь мне раздвинуть.

– Это просто хандра. Она может случиться с каждым.

– Может, – подтвердила я, – но у тебя она слишком затянулась.

– Полетт, прошу тебя, не надо этих нравоучений. И вообще, я хочу побыть один.

– Хорошо, я ухожу, поскольку уважаю твои желания. Не хочешь есть, и не надо. Больше я для тебя готовить не буду. В кризис не грех и сэкономить! Шторы, пожалуй, лучше не открывать – на свету пыль хорошо видна. А в этом полумраке, – я обвела спальню взглядом, – кажется, что вроде бы все чисто. Потом, хандра – это занятие, достойное настоящего мужчины. Ценю тебя и уважаю.

Я взяла поднос, одобрительно подмигнула Арише и направилась к двери.