Русский танкист. Все части

– Вот и говорите с Никитой.

– А ты резкий слишком пацан.

– А вы, Николай, меня не слушайте. Идите куда шли. И на «ты» со мной порошу не разговаривать.

– Что ж, извините, Иван. Пожалуй, я позже зайду. Может быть, попаду под хорошее настроение, – журналист пристально оглядел гараж.

* * *

Никита с Иваном не спеша шли мимо пустой футбольной площадки домой. Навстречу им почти бегом попался Валерка.

– Вы чего прохлаждаетесь? – запыхавшись, спросил он у друзей.

– А что такое, Валера?

– В городе объявлена тревога.

Границу прорвали несколько танков, говорят, идут на город.

– Танки?

– Много?

– Не знаю, все прячутся по подвалам. Все, я до своих, – Валерка побежал.

– К деду! – Никита и Иван побежали домой.

* * *

Дверь в квартиру оказалась не заперта. В большой комнате на полу играла Катя, дед с Машкой сидели на диване.

– А я уже позвонить хотел, вы что так долго идете?

– Да там, дед, встретили Валерку, говорят, в городе тревога. Привет, Маша.

– Привет, мальчики.

– Это мы в курсе, – Василий Степанович. – Маша мне доложилась. Прямо в форме прибежала. Говорит, к тебе дело есть.

– Что за дело, Маша? Да говори, у нас от деда секретов нет.

– Совсем?

– Совсем.

Маша сходила в коридор и принесла походную сумку. Никита уселся на табурет около стола, Катя втиснулась на диван между Ванькой и дедом.

– Не знаю, права я или нет, но это для танкиста, – Маша взглянула на Василия Степановича и начал доставать из сумки армейскую амуницию. – Ракетница, к ней восемь патронов, четыре красных, четыре зеленых.

Три шлема танкистских: два зимних, один летний, других не было, рации рабочие. Противогазы армейские, три комплекта. Бинокль командирский. Четыре аптечки индивидуальные и допкомплект на случай ожогов. И две переносные рации, радиус 10 километров. Это армейская волна, а вот это – полицейская.

– Ну-ка тихо, дочка, – Василий Степанович поднял палец.

В рации хрипели сразу несколько голосов, но один раздался четко: «Снимай пост, говорю, приказ полковника.

Иначе от тебя через два часа мокрого места не останется. Как понял?»

– Вот так. Значит, на все про все два часа. Потом поговорим, Маша. Никита, «Жигуль» твой заправлен?

– Он в гараже, Василий Степанович.

– Ванька, карту города. Живо! Маша, ты у нас с Катей останься.

Катя старательно сосала леденец на палочке.

– Мы с мамой тут у вас порядок наведем, а то развели холостяцкую жизнь.

– И то добро, Катерина, тебя бы ко мне на хозяйство.