Огонь прекрасных глаз

 – Так были уже из твоей конторы, я все им рассказала!

Хамство юной особы возмутило меня до глубины души. Понятное дело, я не рассчитывала на бескорыстный разговор, для таких случаев у меня всегда имелись наготове несколько купюр. Но, как правило, мои собеседники держались в рамках приличия. Я уже собиралась было поставить на место зарвавшуюся нахалку, но тут события повернулись неожиданным образом. Девица сорвала с себя шапочку и передник, швырнула их на пол и пронзительно заверещала на весь зал:

– Все! Достали все! Сегодня же сваливаю из этой конюшни!

«Броуновское» движение официантов прекратилось, оживленный разговор в зале разом стих, все заинтересованно повернулись в нашу сторону.

– У них тут люди мрут как мухи, и ментовня всякая шляется!

В это время откуда-то из глубины зала показался среднего роста, плотной комплекции мужчина. Он кивнул кому-то вглубь, обвел глазами зал и уверенными шагами направился ко мне.

– Прошу прощения за инцидент, – он склонил голову.

– Татьяна Александровна, – отозвалась я.

В это время высокий плечистый охранник уже уводил разбушевавшуюся девицу.

– Татьяна Александровна, – снова обратился ко мне управляющий, – позвольте мне загладить это неприятное впечатление… Прошу в мой кабинет.

В кабинете он усадил меня в глубокое кресло, в котором я чуть было не утонула, и сам сел в такое же, напротив меня. Я чуть скосила глаза влево и увидела монитор, изображавший все происходящее в зале.

– Татьяна Александровна, еще раз великодушно извините, эта девушка была взята на испытательный срок. В порядке компенсации за моральный ущерб предлагаю вам отобедать за счет заведения. И, конечно же, люди у нас не мрут как мухи, – он с извиняющейся улыбкой развел руками. – Явное преувеличение!

– Но ведь пятнадцатого сентября как раз произошел такой случай?

– Да, но я уже объяснялся с органами.

– Илья Александрович, я не из органов. Я – частный детектив.

– Детектив? Да вы что? Правда, что ли?

– А что, не похожа?

– Да как-то… По правде сказать… Вы так молоды…

– Ну, этот недостаток исчезнет через некоторое количество лет. Это – не навсегда, – улыбнулась я. – А если серьезно, Илья Александрович, могу я поговорить с кем-нибудь из обслуживающего персонала, в чью смену все это произошло?

– Да, конечно.