Одна из нас лишняя

– Очень приятно, – улыбнулся он, – к сожалению, мы с Юрой должны идти.

– Не смею вас задерживать, – произнесла я.

Какая-то не то настороженность, не то растерянность засквозила в его томном взгляде.

Юрий Анатольевич попрощался с сыном, кивнул мне, подхватил свой чемодан и, жестом пригласив Борщева, вышел из комнаты. Вячеслав Михайлович у самой двери оглянулся и снова посмотрел на меня.

* * *

Весь следующий день Никита провел дома за мольбертом, поэтому у меня появилась возможность отдохнуть, посмотреть новые фильмы, сходить за романами для тетушки Милы, которая проглатывала детективную литературу с такой же легкостью и быстротой, как Робин Бобин – все съедобное и несъедобное.

На другой день – снова «Кавасаки», сумасшедшие гонки, «Тотем», безалкогольное пиво, – короче, ничего интересного. Вечером сдала Никитушку с рук на руки его мамочке.

Следующим вечером, в пятницу, моего подопечного потянуло на проспект… Там царило шумное веселье. Уже на подходе к тарасовскому Арбату можно было слышать слитный гул человеческих голосов, зыбкое эхо которых служило фоном для популярных мелодий и песенных шлягеров «живых» оркестров, развлекавших публику в многочисленных кафе.

Фланирующие по проспекту граждане с интересом и, как мне показалось, даже с завистью косились на удобно устроившихся за столиками отдыхающих. На террасах кафе под ритмичную, «заводную» музыку освещаемые бегущим разноцветьем огней кривлялись и тряслись в оголтелом танце подвыпившие парни и девицы. Некоторые из представительниц прекрасного пола смело вступали в вокальное соревнование с льющимися из динамиков голосами эстрадных певцов и певиц.

Мы направлялись к пересечению Немецкой и Горького – месту тусовки формалов и неформалов всех регалий и званий.

– Вот бы промчаться здесь на «Кавасаки», – мечтательно произнес Никита, – то-то было бы шума и разговоров.

– Кто же тебе мешает? – иронично спросила я.

Он поморщился, словно съел полдюжины лимонов, и покосился на группу милиционеров, стоявших возле служебной «шестерки».

– Менты такую погоню организуют!.. – Он немного помолчал, потом добавил: – Ты не думай, я не боюсь… мотоцикл отберут – жалко.

– Да я не думаю.

– Жень, а Жень, у меня к тебе просьба есть, – Никита как-то по-детски засмущался, – мне нужно, чтобы ты хотя бы на полчасика оставила меня одного.

– Будь добр, выражайся, пожалуйста, яснее, – я остановилась и вопросительно посмотрела на него, уже зная, о чем пойдет речь.