На всю катушку

– Эй, ты! – пробасил верзила, водружая одну конечность на капот демидовского рыдвана, а другой довольно невежливо размахивая прямо перед моим носом. – Чего тебе здесь надо, а, Клава?

– Простите, тут какое-то недоразумение, – с изысканной вежливостью выговорила я, – этот автомобиль принадлежит мне, точнее, моему мужу, и я собираюсь отогнать ее прямо к подъезду. Нам необходимо погрузить кое-какие вещи, которые мы хотели отвезти на дачу.

С этими словами я села за руль и завела мотор.

Амбал явно оторопел. В его скудоумном мозгу наверняка не было вынесено отдельной строкой понятие «вежливость».

Любой агрессивный шаг с моей стороны, любой крик негодования вызвали бы живой отклик у этого милого человека, но на тактично высказанное недоумение он не нашелся, чем ответить.

Лишь когда я завела двигатель и на самой малой скорости двинулась к подъезду, что-то стронулось с мертвой точки в его извилинах и он бросился бежать за машиной, во всю глотку вопя:

– Кудаа-а-а?! Куда шеманулась, ш-шалава!..

Не обращая внимания на сотрясающего воздух ублюдка, я подъехала к самому дому, из подъезда галопом выскочил Демидов и опрометью ломанулся к своему обожаемому авто.

Я распахнула перед ним дверь, и отдувающийся повелитель парников, свинарен и мясохладобоен, суча всеми конечностями, рухнул на сиденье.

В этот момент калимантанский орангутанг подбежал к моему окну и сунул туда свою бритую, в многочисленных мелких шрамах башку. Право, он ничего «и лучше выдумать не мог», как о том пространно повествуется в «Евгении Онегине».

Конечно, русской и иной классики он, безусловно, не читал, а о существовании Пушкина догадывался лишь на основании расхожего выражения «А за квартиру что, Пушкин платить будет, что ли?..» Но это все не беда, а вот то, что, просунув свою дурную черепуху в «уазик», он злобно поднял голову, очевидно, испытывая настоятельную потребность помянуть меня по матушке, – вот это нехорошо.

Потому что в этот момент он увидел Демидова и на мгновение так и застыл с отвисшей челюстью.

По этой-то челюсти я и приложила от души.

Мужик взвыл, прикусив язык.

– А что, вы поведете? – изумленно спросил Демидов.

– Разумеется, – ответила я. – А что, есть другие варианты?

Других вариантов не было. Поскольку темно-зеленая «Ауди», подобрав многострадального «калимантанца», уже разворачивалась в нашем направлении с явным намерением устроить гонки на выживание.

Ну уж нет, архангелы, выживать я согласна только из ума, да и то лет эдак через шестьдесят.